Так  ты пришел убить меня? – говорившего не было видно в полумраке пещеры.
Рыцарь, державший наперевес копье, только усмехнулся.
- Конечно. Ты ведь дракон – и король послал меня уничтожить тебя, злобное создание.
- Подожди – постепенно глаза рыцаря привыкали к полутьме и он уже мог различить очертания огромного дракона, свернувшегося в клубок на груде сокровищ. – Присядь. Ты ведь проделал долгий путь, разыскивая мое логово, не так ли?
Рыцарь кивнул. Он действительно порядком подустал, бегая по горам. Да и в горле пересохло просто ужасно.
- Может быть, прежде чем убить меня, ты отведаешь чудного вина из моей коллекции? Все равно, я так понимаю, мне она вскоре станет абсолютно без надобности. Вино не отравлено, не бойся – мы, драконы, не опускаемся до таких мелких пакостей.
«А ведь у него очень приятный голос», - подумал рыцарь. Не выпуская из рук оружия он подошел к бочке и вытащил пробку...

... Вино действительно оказалось великолепным. Да и собеседником дракон оказался превосходным.
- Так ты утверждаешь, что рыцарю недоступны пороки, и именно потому он столь нетерпим к нам, драконам? Людская молва наделила нас свирепостью, ужасным видом, похотливостью и алчностью.
- Так оно и есть, - согласился рыцарь. – Ведь вы крадете девушек, запираете их в башнях, а сами, обуреваемые великой жаждой стяжательства, копите несметные запасы золота в своих подвалах.
- Хм, интересная логика, - дракон зевнул и из его рта вырвались несколько струек дыма. – Подходя к моему жилищу ты случайно не заметил поблизости какой-нибудь мало-мальски подходящей башенки? А то вот ведь незадача – нет у меня никакой башни. И девушки в ней, соответственно, тоже нет – чисто физиологически она мне не интересна.
- Ну а как же золото? – рыцарю вдруг вспомнилась старая пословица: «Никогда не заговаривай с драконом, если хочешь его убить».
«Глуповат. Убежден в своей правоте, но глуповат» - дракон смотрел на простодушное лицо, вперившееся в него наивными голубыми глазами. «Да и молод он, пожалуй».
- Золото? Да, мы копим его. Но не для того, чтобы любоваться им, как люди – мы на нем спим. Такова уж особенность нашего скелета – просто нам мягче спать на груде монет и слитков, чем на перине. Ты же не будешь обвинять человека, набивающего свою постель пухом и пером?
- Ну, хорошо. А насчет свирепости...
- Мальчик, мы с тобой разговариваем уже битых полчаса. Неужели, если бы это было правдой, ты бы пил мое вино и, кстати, топтал мою постель своими... ммм... не совсем чистыми сапогами?
- И то правда, - рыцарь согласился с драконом.
«Он уже растерян. Теперь самое время нанести ему последний удар».
- А знаешь почему человечество так нас ненавидит? Позволь я процитирую тебе старинную книгу, а ты угадаешь, о ком это сказано?
- Было бы очень интересно, - рыцарь положил копье на холодные камни пещеры и устроился рядом, спиной к выходу.
- Слушай внимательно: «Существа эти алчны и похотливы, отличаются беспричинной свирепостью и в гневе своем, либо по причинам понятным им, способны сокрушить горы и изменить течение рек. В своем коварстве они не знают равных себе, и ради достижения поставленной цели не брезгуют ничем, даже мерзкими средствами...» Это аль-Ширвани, восточный мудрец, живший на три столетия раньше тебя, мальчик. И как ты находишь, чье описание я тебе только что привел?
- Дракона, - уверенно ответил молодой рыцарь.
- Совершенно верно. Дракона. Но неужели ты не заметил в этом описании ничего схожего с человеком? Ведь оно на все сто подходит и вам. Так кто же после этого драконы, мой мальчик? Кстати, обернись – твой хвост высунулся из пещеры и его может намочить дождем...

Рыцарь обернулся, удивляясь, почему поворот головы дается ему с таким трудом. Перспектива пещеры тоже изменилась... будто он смотрел на нее совсем другими, нечеловеческими глазами.
- Это твоя проклятая магия, - пролепетал он, смотря с ужасом на человека напротив.
Человек усмехнулся и подобрал с пола копье.
- Нет, мальчик мой. Это не магия. Просто внутренняя суть людей такова. А ты обнажил ее, обрастая чешуей и шевеля своим изящным хвостом...
Коротко свистнуло копье, вонзившись в глаз дракона. Человек достал короткий меч и после некоторых усилий вырезал у умирающего чудовища язык. Закинув его в заплечный мешок, он вышел из пещеры и пошел, насвистывая бессмысленный веселый мотив. Ведь впереди его ждала награда короля, а, возможно, и принцесса согласится стать женой победителя драконов..