У всех есть знакомый или знакомая, которые живут с семейкой, где есть змей, змея и змейка. А некоторые живут в семейках, где вообще полный террариум различных двуногих прямоходящих «гадов». Я, как не исключение из общих правил, частенько влетал в такие семьи, но Бог меня, дурака, хранит, поэтому я пока жив, здоров и свободен. 

Давным-давно, была у меня девушка-еврейка. У нее была сестра-еврейка, папа-еврей, мама- еврейка, бабушка, дедушка, тетя, дядя, бывший муж тети, короче до хуя различных родственников у нее было, и наверно до сих пор есть. Маленькая кошерная частичка Израиля на просторах нашей многострадальной Родины. Девушка была довольно симпатичная, не глупая, работала в какой-то нефтяной компании и все у нас было заебись, до того момента, пока не наступил май месяц.

Пока страна готовилась к празднованию 9-го мая, я активно наполнял себя бухлом, чтобы 8-го числа, в день своего 25-летия быть в щи. Древний русский аттракцион под названием «наебать время». Если ты не помнишь день рождения, его как бы и не было, а значит, ты не постарел и все заебись – значит ты смог наебать время. Вот так примерно я рассуждал тогда, выпивая очередную рюмку с приятелем. Не успели первые капли алкоголя коснуться моего языка, как раздался звонок: 

- Але, але, Саш? – послышался голос Лены. 
- Да! Чего тебе? 
- Ты чего делаешь? 
- Я? Обсуждаем с приятелем перманентное состояние души русского человека в бесконечном пространстве унылого бытия. 
- Бухаешь? 
- Почему сразу бухаешь? 
- А у тебя только два состояния за последний месяц: бухаешь или спишь! 
- Короче, ты мне лекции позвонила прочесть? 
- Нет. Поехали на дачу? 
- На моей даче сортир на улице. Для твоей кошерной жопы неудобненько будет. 
- Поехали на мою. 
- Чего я там забыл? 
- Туалет тебе цивилизованный покажу, – усмехнулась она.
- До хуя умная? 
- Была бы умная, с тобой не связалась! 
Я сделал паузу, типа обиделся, сука…
- Ладно, собирайся, заеду через час! Да, и приведи себя в порядок! 
- Лен, у меня завтра день рождения вообще-то. 
- Вот и хорошо, встретишь его в нормальном обществе, а не с приятелями-алкашами своими. Все, пока, – и она положила трубку. 

Я осмотрел приятеля-алкаша, который взглянул на меня мутным взглядом. 

- На дачу меня тащат, – пожал я плечами. 
- К-к-к-а-р… к-к-к-а-р… 
- Чего? 
- К-к-к-картошку что ли копать собрался? – с третьего раза выдавил из себя приятель. 
- Типа того. 
- К-к-к-а… к-к-к-а… 
- Ну да, картошку, – закончил я за него фразу.
- Н-е-е-е-т! К-к-к-каблук ты! 
- Ладно, собирайся и уебывай, она скоро приедет, – я встал из-за стола и пошел умываться. 

Пока я кое-как приводил себя в порядок, приятель собрал все бутылки и съеб в туманную даль подъезда. Слава Богу, он не заметил четвертинку бутылки коньяка, который я и употребил, чтобы было легче переносить Ленкин треп и нравоучения. Через час красавица уже стояла в дверях: 

- Ну? Собрался? – оглядела она меня.
- Вроде…
Она прошла в квартиру осмотрела спортивную сумку, затем открыла ее.
- Это что? – достала она спортивный костюм Адидас.
- Спортик, что ж еще.
- Другого нет? 
- Был где-то.
- Возьми его, а то в этом ты как гопник с района будешь выглядеть. 
Я вытащил один спортивный костюм и засунул в сумку другой:
- Лен, слушай, может перед дорожкой, как говорится, высвободим сексуальную энергию одних и заполним ею лоно других, а? Чего с балластом-то ехать? 
- Позже!
- Какой к херам позже?
- Саш, ну не время сейчас, ехать пора. Нам еще в магазин надо. Смотри лучше, что я тебе купила! – и она достала небольшую коробочку. 
- Типа ты мне предложение делаешь? А потом! Круто! Давай на колени, – улыбнулся я. 
- Дурак! Смотри, это цепочка и звезда Давида. Хотела тебе завтра ее подарить, но лучше ты ее сразу надень. 
- Лучше для чего? Я вообще-то крещеный! 
- Не важно, при папе лучше будь со звездой. Не спорь! – и она надела мне на шею звезду Давида. 

Сразу после этого ебаться как-то резко расхотелось, а все мысли стали только о деньгах. 

- Ну как? – спросила она.
- Не знаю, чувствую, как пейсы отрастают! И дико хочется кого-то наебать! – улыбнулся я.
- Хватит шутить! Посерьезнее, ладно? 
- Лен, а ничего, что евреи обрезанные должны быть? Или ты мне при подъезде к даче чикнешь? 
- Тебе никто в штаны лезть не собирается, успокойся. 
- А если мы с твоим батей в баньку намылимся? Простынку раскрою, а там!.. Ба, мать моя женщина, православная мотня и русский хуй! Что делать тогда прикажешь? 
- Не пори чушь! Да, и отец у меня по баням не ходит.
- И водку не пьет и баб не ебет, – полушепотом сказал я.
- По поводу выпивки… Прошу тебя, не напивайся! 
- С вами напьешься, – вздохнул я.
- Саш, я очень прошу.
- Яволь, май фюрер! – поднял я правую руку вверх. 
- Да, и без этих националистических шуточек, – опустила она моя руку.
- Ясно, ни вздохнуть, ни пернуть. И еще кто-то про Холокост говорит, – улыбнулся я.
- Все, бери сумки и поехали! 

Поскольку с Леной мы жили раздельно, и бюджеты у нас были разные, то и по магазинам, понятное дело, мы вместе не ходили. Но именно там, в этом храме колбасы, сыра, соленых огурцов и выпивки можно понять всю суть жизни с девушкой, воспитанной в еврейской семье. Нет, мы не искали кошерную еду, мы ебали себе мозги, рассматривая каждую упаковку по 10 минут. И спорили, спорили, спорили…

- Вот зачем ты эту свиную колбасу взял? Ты посмотри, сколько тут жира! 
- И что? 
- И то! Я такую не ем, сестра не ест. Дедушке и бабушке жирное нельзя, папа свинину не ест, мама на диете. Дядя Боря и дядя Сеня не любят колбасу этой фирмы, тетя Роза и тетя Софа не любят продукты с различными красителями и наполнителями…
- Стоп! – не выдержал я. 
- Что?
- Я для себя ее беру, для себя, ок? 
- Не ок! То есть никто, значит, ее есть не будет, а ты будешь сидеть и жрать свиную колбасу? 
- Да! 
- Нет! Положи ее на место. 
- Я на свои деньги куплю.
- Да? Ну, хорошо, тогда бери, - очень быстро согласилась она. 
Но самая драма развернулась возле отдела с алкоголем.
- Ты что это набрал? – застукала она меня за переносом коньяка, пива и вина в тележку.
- Это седативные вещества в стеклянной таре. Лучшее средство для того, чтобы пережить «долгожданную» встречу с твоей семейкой. 
- Саша, я тебе же сказала, что пить ты не будешь! 
- Да? А что я буду делать? Бегать по участку и звездой Давида, аки бык племенной колокольчиком, потряхивать? 
- Я все сказала!
- Я на свои куплю, – прибегнул я к старой уловке.
- Деньги мне отдай!
- С хера ли стена Плача ебнулась? 
- Так, или ты выкладываешь весь алкоголь обратно или ты никуда не едешь! 
- Вот сейчас не знаю плакать мне или радоваться? С одной стороны я особо никуда и не хотел ехать, а с другой, если я останусь в этом райончике, да со звездой Давида на шее, долго я не проживу, не успею даже такси поймать, как местный «бомонд» мне пиздюлей выпишет, - улыбнулся я
- Выкладываешь? 
- Нет.
- Да.
Так продолжалось минут пять, пока в наш разговор не вмешался какой-то мужик: 
- Молодые люди, вы бы не могли подвинуть свою тележку. 
- Да, извините, – и я подвинул телегу. 
- Разрешите, – мужик протиснулся между нами и стал разглядывать водку.
- Все, выкладывай, я сказала, - продолжала диспут Лена.
- Нет!
- Ты же алкоголик уже! 
- И что? Кого это ебет, кроме тебя и здравоохранения РФ? 
- Хм, девушка, вы извините, но праздник все-таки. Такой день великий – 9-е мая! – не отрывая взгляда от бутылок, сказал мужик.
- У него каждый как 9-е мая! 
- Да потому что вокруг меня такие, как ты! С вами каждый день как на передовой. 
- Вот-вот, типичная речь алкоголика! 

Есть категория баб, которые разборки по поводу пьянок, гулянок, да и просто косяков, устраивают всегда в общественных местах. Публичности им, блядь, не хватает. Просто дома тявкать не интересно, нужно дождаться удобного момента, собрать вокруг себя побольше народу и зарядить тираду на час о том, какой мужик козел. Вот Лена нечто подобным и страдала. Не понимая одну простую вещь: всем до пизды, пьет у тебя мужик, бьет или гуляет. Твой мужик – твои проблемы. Реальная жизнь – это не психологические форумы, никто поддакивать и сопереживать не будет. 

- Ладно, зачем тебе столько? – начала давать она заднюю. 
- Ну, пивко в машину, ты же знаешь, когда баба за рулем, я нервничаю. А остальное – так, для поддержания тонуса. Да и стресс надо снять. 
- Какой у тебя стресс? 
- Какой? Ты из меня два часа назад еврея сделала! 
Мужик отвлекся от бутылок и посмотрел для меня. Не каждый день ведь видишь новоиспеченного сына израилева. 
- Хватит чушь пороть! Бери, что хочешь. Только умоляю, не напивайся! – и Лена зашагала вдоль стендов, выбирать очередную херню.
- Эка вас угораздило! – покачал головой мужик.
- Не сцы, прорвемся! Они еще увидят русские танки в Тель-Авиве! Но посаран! – и я зашагал вслед за Леной, везя перед собой огромную телегу. 

Тщательно разделив покупки и соответственно счета, мы вышли на паркинг закидали пакеты в багажник и поехали в сторону дачи, которая находилась по Горьковскому направлению. Ленка что-то без умолку трещала под тихую музыку одной из радиостанций, я пил пиво и смотрел в окно, предвкушая встречу с многочисленным семейством. Проезжая какой-то поселок, Ленка немного превысила скорость, не заметив лежачий «полицейский». Машину тряхнуло, и пиво ударило фонтаном, залив мои портки и сиденье, благо оно было кожаным. 

- Саша! 
- Что? На дорогу, блин, смотри! 
Тут откуда ни возьмись, на дорогу выскочил мент и палкой показал на обочину. 
- Ну вот! Все из-за тебя! – злилась подруга.
Она открыла окно, мент подошел, представился и попросил документы. 
- Превышаете… - протянул он. - А что это у вас там? И пахнет. Алкоголь что ли? – и мужик чуть ли не полностью засунул голову в салон машины.
- Бухаю! – показал я бутылку пива. 
- Да это я вижу. Вообще-то открытый алкоголь в машине… - покачал он головой. 
- Командир, ну а как без него? Ты войди в моё положение, – отпил я пива из горла. 
Мент удивленно посмотрел на меня.
- Жена моя будущая, – показал я на Ленку. Вот едем с родителями знакомиться, она спешит, а я нервничаю! 
- Это не повод… - не договорил мент. 
- Да я все понимаю, но и вы поймите! Там семья еврейская, а я русский, они только за обрезанного дочь замуж выдадут, вот и едем на обрезание перед всей родней! 
- Саша! – взвизгнула Лена.
- Тихо! Представляете? Страшно же! - сделал я страдальческую рожу.
- Прям там? – покосился мент.
- Угу. Прям чик-шлеп и всё! – я повесил голову. 
- Да-а-а-а, – протянул мент.
В этот момент по радио заиграла 7/40
- Вот, видите, даже эта балалайка против меня! – показал я на магнитолу. 
- Ладно, – отдал он документы. Езжайте, только осторожнее. И это, мужик, ты крепись давай, не раскисай, - поправил он фуражку. 
- Живыми мы им не дадимся! – я сжал кулак и поднял его над головой.
Мы тронулись с места и поехали дальше. 
- Саш, ты прекратишь идиотничать? Или напился уже? 
- А что? Сэкономил бабло, между прочим.
- В принципе… - Лена умолкла, когда речь зашла о деньгах. 
Было уже затемно, когда мы доехали до поселка, въезд в который закрывал шлагбаум. 
- Я сейчас тете Софе наберу, она ключи принесет, – достала телефон Лена.
- Пойду пока в кусты. 
- Ты до дома потерпеть не можешь? 
- Не могу! Пока твоя тетя дойдет, я уже обассусь. 
- Тут культурный поселок, по кустам никто не гадит! 
- Значит, придется его испортить. Внести, так сказать, нотки деревенского жития в быт элитного коттеджного поселка, – я вышел из машины. 

Пока я бегал и искал подходящее деревце, уже пришкандыбала тетя Софа. Две бабы стояли возле машины и что-то живо обсуждали. Я расстегнул тенниску, чтобы было видать мой «охранный» амулет от праведного еврейского гнева родственников, и направился к ним. 

- Вот, тетя Софа, это Саша, – представила она меня.
Тетя Софа оценивающе посмотрела на меня. 
- Саша Шулерман, шалом, тетя Софа, - и я наклонил голову. 
- Хм. Шалом, Саша… Шулерман. Интересная фамилия… - покачала она головой.
- Ой, тетя Софа, сам радуюсь! Каждый день, как Бар-мицва! 
- Никак не вырастите? – покосилась она на меня. 
- Почему? Все выросло давно. Но в нужных местах. Все, что надо, уже давно чик-чик, – улыбнулся я.
Тетя Софа посмотрела на Лену, вздохнула и сказала: 
- Ладно, проезжайте к дому. Лен, родители уже спят, не стоит их будить, переночуете у меня, – она открыла замок, который запирал шлагбаум. 
Мы сели в машину и тронулись в сторону дома. 
- Что ты несешь? – посмотрела на меня Лена.
- А что? Рано или поздно меня спросили бы про фамилию. А поскольку я подделываюсь под еврея, значит, я шулер, вот и получается – Шулерман! – усмехнулся я.
- Все шутишь? 
- А что, плакать что ли? 
- Саша, какая Бар-мицва!? Ты хоть знаешь, что это? 
- Праздник ваш какой-то, – пожал я плечами. 
- Это день, когда мальчик официально становится мужчиной! Если вдуматься, ты сказал следующее: каждый день я из мальчика превращаюсь в мужчину.
- Если смотреть на это под другим углом, то в какой-то мере каждый мужчина каждый день становится «мужчиной». Кстати, у меня уже три дня не было этого волшебного превращения, – и моя рука скользнула по Ленкиной коленке. 
- Убери руку! Будешь так себя вести, твоя правая рука тебя «мужчиной» будет делать! Саша, блин, Шулерман…

Мы доехали до дома, и я начал выгружать и таскать в коттедж бесконечные сумки и пакеты. Тетя Софа, которая собирала на стол, только и повторяла: «Ну, зачем так много? Зачем так много?» Сама же при этом была безгранично счастлива, что ее два холодильника мы забили под завязку, ни взяв при этом ни копейки. Присев за стол, я открыл бутылку коньяка и разлил его по рюмкам. 

- Я не буду, я вино! – сказала Лена.
- Ой, я наверно тоже, – и тетя Софа отодвинула рюмку.
- Ну, ваше право. А я бахну с дороги! 
- Я смотрю, вы любитель выпить? – пристально посмотрела на меня тетя Софа.
- А кто же не любитель? Сам Эйнштейн пил! - поднял я рюмку вверх. 
- Да-а-а-а? 
- Конечно! А как он еще изобрел теорию, которая ни хрена никому не понятна, но ее мало того, что на бис приняли, так еще и денег кучу отсыпали? 
- Хм, я физикой 35 лет занимаюсь, но даже не думала над этой теорией под таким углом, – задумалась тетя Софа.
- Тетя Софа, вы слушайте меня, мы с вами такие открытия сделаем, что они там в своем Нобелевском комитете обосрутся, пардон, от нашей гениальности. 
- Саша! – дернула меня за локоть Ленка.
- Ладно, налейте мне чуть-чуть, – улыбнулась тетя Софа.

Мы выпили, закусили. Тетя Софа, оказывается, очень даже употребляла свиную колбасу, забив хер на красители и наполнители. На халяву, как говорится, и маца – французский багет. Так мы просидели около часа. К дому подъехала какая-то машина. 

- А вот и Боря! – обрадовалась тетя Софа. 
- Мы пока перекурим, если вы не против? – встал я из-за стола. 
- Да, конечно. В беседку можете пройти, только стряхивайте пепел в белую пепельницу, красная – Борина, ему очень не нравится, когда гости там тушат свои бычки.
- Как Лео прям! – улыбнулся я.
- Кто, простите? – спросила тетя Софа.
- Кот мой, он в белый лоток ссыт, а в красный, ну вы понимаете… 
- Саша! – дернула меня за руку Лена.

Сидя в беседке, я заметил мужика, который нарезал круги возле соседского забора, то и дело поглядывая в сторону тети Софы и дяди Бори, которые в свете фонариков, аккуратно расставленных по участку, обсуждали новый газон. 

- Сосед какой-то у вас странный. 
- Это не сосед. Это дядя Семен, бывший муж тети Софы. 
- И чего он там бродит? 
- Он еще любит тетю Софу и каждое лето снимает соседскую дачу, чтобы быть поближе к ней. Они не живут вместе, но все праздники мы отмечаем вместе, – пояснила Лена.
- Пиздец, Санта-Барбара! Не хватает только главы семейства в коме. Дед у тебя как, нормально? В кому не собирается? – усмехнулся я.
- Дурак! 
- Как ты тх всех не путаешь? Тети, дяди, сватья, братья… Жуть, – поежился я.
- Не знаю, – пожала плечами Лена. Я тебе больше скажу, дядя Боря и дядя Семен работают в одной компании, мой начальник – бывший муж тети Розы, ты ее еще увидишь, а нынешний ее муж работает с моим отцом. А мой дедушка, когда-то встречался с бабушкой начальницы Машки – это моя сестра родная.
- Пиздец, вы все перееблись… Я вообще ни боком ни раком в эту всеобщую оргию не вписываюсь, – покачал я головой.
- При этом мы все дружим, и у нас прекрасные отношения! - добавила Лена
- Еврейский Дом 2, ни дать ни взять, – потушил я бычок. 
Мы пошли в сторону дома. 
- О! Молодежь! – и дядя Боря растопырил руки в приветствии. 
- Привет, дядь Борь, – и Ленка обняла огромную волосатую тушу.
- Это Саша… - представила меня Ленка.
- Шулерман, – добавила тетя Софа.
- Очень рад, очень рад, – пожал мне руку мужик. А вы случайно не сын Миши Шулермана? Софа, ну ты помнишь Мишу, у него прекрасный антикварный салон. Мы там картины покупали! 
- Нет, я другой Шулерман, – смутился я.
- Очень жаль, очень жаль, а то я бы передал привет Мише! 1000 лет его не видел. Золото, а не человек! Такую хорошую скидку тогда сделал, Софа, ты помнишь? 
- Борь, может, уже в дом пойдем? А то Семен так и сверлит взглядом, – сказала тетя Софа.
- Ой, а он тут? Я без очков, что-то не вижу. Сеня, добрый вечер, мы кушать! – крикнул дядя Боря в темноту. 

Вытащив очередные пакеты из машины, мы вернулись за стол. Дядя Боря приказал поставить на стол графин водки, так как считал, что данный продукт не только самый чистый, но и приобщает людей к русской культуре, так как сказать, помогает понять основное народонаселение страны. А понимать его надо только для того, чтобы потом наебать. Мы выпили за встречу. 

- Ой, сейчас такую хохму вам расскажу, умрете! – начал рассказ дядя Боря.
Итак, еду я в сторону дачи, останавливает меня милиционер, видит, что машина дорогая, значит, думает, что Борю можно развести на купюры. Но я, как законопослушный человек, останавливаюсь, предъявляю права. Он долго смотрит в них, а потом говорит: 
- Что-то много вас сегодня тут проезжает. Слёт что ли? 
Я делаю удивленное лицо. Он это замечает и поясняет: 
- Представляете, пару часов назад машину остановил, а там парня жениться на еврейке везут. Но не просто везут, а хотят ему прямо перед свадьбой обрезание сделать. 
Я со смеху чуть к Аврааму не отправился. 
- Они думают, что если ты себе там что-то отрежешь, то ты уже еврей, представляете? 
В этот момент Ленка покосилась на меня. Я лишь опустил глаза вниз. 
- Что погрустнели молодежь? Нам резать ничего надо, у нас все в порядке уже! – и дядя Боря хлопнул меня по плечу. 
- Более чем, более чем… – улыбнулся я.

Посидев часа два, мы отправились в гостевую спальню, которую нам предоставили гостеприимные хозяева. Совершив вечерний мацион, мы легли в кровать. Я начал приставать к подруге.

- Саш! Не надо. За стенкой тетя Софа и дядя Боря.
- И что? Я, в отличие от вашей семейки, выступаю в парном разряде. 
- Слышно все! 
- Да что слышно-то? Раз, два, три и «елочка» загорится праздничными огоньками, никто и не чухнется. 
- Нет, Саш! Давай завтра. У родителей дом больше и моя комната там в другом конце от спальни родителей. 
- Да, блин, в доме твоего бати у меня вообще полный штиль будет. 
- Почему? 
- Да потому! Как представлю, что я в его доме тебя наяриваю, он мне сразу с семисвечником в руках представляется. 
- С чем? 
- Ну, блин, с вашей это фигней, куда вы свечки втыкаете.
- С минорой что ли? 
- Может и с минорой.
- И что? 
- И то! Хуряит он мне ей по башке в порыве гнева!
- Ну у тебя и фантазии! – рассмеялась Ленка.
- Ну, так что? 
- Ничего! Спать! – и она отвернулась в другую сторону. 

Ночь выдалась беспокойной, всю ночь мне снился Ленкин отец с минорой, дядя Боря с ножницами и таинственный дядя Сеня, который постоянно наблюдал за мной. Все эти сабжи хотели сделать из меня натурального Шулермана, что приводило меня в неимоверный шок. За кошмарными снами наступило утро…

Продолжение следует...


© top-lap