По­боль­ше ве­рить в то, что есть у нас
И в ти­шину с нег­ромки­ми ре­чами.
По­мень­ше бы две­рей, что в этот час,
С уси­ли­ем от­кро­ют­ся клю­чами.

По­чаще от­кры­вать­ся в этом дне,
Мол­ча­ни­ем при оча­ге го­рящем.
По­мень­ше го­ворить, те­бе и мне,
О лиш­нем, не род­ном, не нас­то­ящем.

Смот­реть в огонь сквозь паль­цы зяб­ких рук,
Нак­рыв ко­лени тёп­лым, мяг­ким пле­дом
И чувс­тво­вать пле­чом, он ря­дом, друг,
Ко­торо­го не на­зовёшь со­седом.

Ко­неч­но, ночь зи­мой длин­нее дня,
Но нам дво­им она не бу­дет длин­ной.
В мол­ча­нии ду­эта и ог­ня,
Для нас дво­их го­ряще­го ка­мина.

Пусть ис­кры раз­ноцвет­ною стру­ёй,
Взовь­ют­ся в оча­ге неж­данной пти­цей,
Но это в ми­раже, и не моё,
Ведь у ог­ня теп­ло и слад­ко спит­ся.

И я у оча­га всег­да го­тов,
Си­деть в ис­то­ме, пог­ру­жа­ясь в не­гу
И в пеп­ле зреть це­поч­ку из сле­дов,
( Олень про­шёл по мар­тов­ско­му сне­гу.)

Пусть свет огня очер­чивает круг
И об­ра­зы на­низы­ва­ют звенья,
Хо­чу я знать, что ви­дишь ты мой друг
За­воро­жён­но гля­дя на по­ленья?