6.
Антоныч не любил экспериментов с экскурсиями и поэтому кружил по строго утвержденному и незыблемому маршруту - пара старинных улиц, рынок, гигантская космическая антенна и колокольня, одиноко стоящая посреди волжских просторов.
К колокольне мы подплыли на катере. Невдалеке на якорях стояло две роскошные яхты - московский бомонд (ну может и не московский, но явно не местный) решил культурно потусоваться. Внутри колокольни царит разруха - я не удивлюсь, если лет через десять она сложится как карточный домик. Сооружение, чудом пережившее разрушение (хотя в принципе ничего чудесного в этом нет - в 30-е годы на колокольне была парашютная вышка - ее не трогали до самого затопления во благо Осавиахима и только неожиданное половодье и последующее не менее стремительное заполнение Углического водохранилища не позволило заложить под нее динамит) и подтопление вряд ли переживет человеческое невежество. Но здесь действительно хорошо! Со "второго этажа" колокольни открывается чудесный вид на Монастырские острова и пляж-набережную Калязина. Так начинается нирвана, которая здесь продлится еще минут 20, пока не придет катер и не заберет нас отсюда.
7.
На пляже было людно - семейства с важным видом, девицы с заманчивыми формами, пацаны окруженные полупустыми бутылками пива и водки, да малышня - шумная и бойкая.
- Купание должно быть приятным и разнообразным - и Антоныч достает надувной матрас на трех человек, большой надувной мяч с погремушкой внутри и два надувных кресла. Теперь немного музыки из магнитолы и мы - в центре внимания. Заинтересованные разновозрастные женские взгляды облепляют нас как пчелы мед - успевай отмахиваться - впрочем этого совершенно не хочется делать. Своей популярностью мы немного перебиваем фишку местным франтам - они гоняют на разбитых моторках по акватории пляжа катая девиц и уговаривая их покататься еще каким-нибудь образом. Подходят пятеро - два парня и три девчонки. Это свои - Макар и Ден. Антоныч скорешился с ними, когда в прошлом году вытаскивал свою "Хонду" из сугроба - въехав в него из-за гололеда, тоски и новогодней пьянки. Девицы с визгом понеслись плавать на матрасе - под завистливые взгляды соплеменниц. Антоныч открыл пиво и развалился в кресле - нирвана продолжалась.
- А чем нас нынче в "Лионе" развлекать будут? - Антоныч щурился на солнце.
- Да как обычно - Макар пригубил пенный напиток - сначала пляски, а там если девки опять нажрутся, то стриптиз устроят.
- Но после - Антоныч вопросительно посмотрел на Макара - моторы готовы?
- Усе в полном порядке - Макар утвердительно покачал головой.
Антоныч рассказал мне, что в прошлую субботу пятерым девкам в клубе "Лион" сорвало крышу и они начали носиться голыми по всему клубу, а потом набились в стоявшую неподалеку чью-то "Шестерку", причем Антоныч оказался водителем. И вот со всей этой оравой Антоныч полчаса носился по Калязину, причем, не особо соображая - куда и зачем. Чудесным образом Антоныч вновь оказался возле клуба, где покинув машину и не зайдя в заведение, сразу поплелся домой. На следующее утро об этом происшествии никто не вспоминал.
- Анатомические волны! - мурлыкал Антоныч, глядя как матрас с девицами покачивается на следах оставленных моторками.
- Да забавно! - я живо представил себе "Шестерку" набитую нагими и вопящими девицами, несущуюся по ночному Калязину - вот тебя угораздило.
- Пойдемте лучше в мячик играть! - Антоныч берет лежащий без дела мяч и тот начинает противно бренчать.
- Да мы это, не особо - Макар и Ден явно не рады такой перспективе.
- Марку перед братвой держат - дергает меня за руку Антоныч.
С мокрого мяча вода льется прямо на лицо - все фыркают, заваливаются в разные стороны, но продолжают играть. Наконец это надоедает - мяч летит малолетней ребятне, а мы идем загорать.
- А меня Анжела зовут - блондинка с соблазнительными формами из компании Макара стреляет у меня сигарету.
- Очень приятно, Стабилитрон Ионович.
- Кааак?
- Можно просто - Саша.
- Аааааа, мда, лучше Саша.
- А ты на артистку цирковую похожа - у меня в памяти всплывает цирковая лошадь Анжела из мультфильма.
- Наверное, на гимнастку!
- Угу! - нет ну поразительное сходство!
8.
- Люблю здесь бывать! Да и кормят неплохо! - мы сидели на деревянной веранде заведения под названием "Ресторан "Волжский" и ели шашлык с картошкой.
- Наташка! А компот! - Антоныч развалившись в пластмассовом кресле, орудовал зубочисткой.
- Ну, че тебе? Какой еще компот!? - женщина лет 35, но такая подвижная и веселая выбежала на веранду - понаехало вас тут, да еще компота хотят!
- Ну, зайка! Ну, красненького! У тебя же такое красненькое! - Антоныч любил изредка прикинуться котом.
- Нашел зайку! Все вы мужики - кобели!
- Не - я нынче котик!
- А, один хрен! - и Наташка принесла бутылку "Хванчкары".
- Хорошая тетка! Подарю ей как-нибудь полцарства! - Антоныч любил помечтать о неожиданных жестах.
- Угу, и луну с неба не забудь - сколько раз я ставил его ногами на землю.
- Эх, приземленная ты субстанция!
- Лети голубь, лети!
- Ладно, поехали спать - у нас еще ночная жизнь предстоит! - на часах было семь вечера.
9.
В половину одиннадцатого вечера площадка перед "Леоном" наполнялась народом призванным потусоваться. При подъезде к клубу мы врубили музыку погромче и "Хонда" влетела к дверям клуба при полном параде. Публика разом выдохнула. Ближайшие конкуренты в виде двух потертых "Жигулей" и их владельцев - отдыхали. Антоныч любил производить впечатление - но делал он это очень аккуратно - тут же полез брататься со знакомыми ребятами и щипать за попы знакомых девиц. Заведение именовалось ночным клубом и было самым респектабельным в городе. Неоновая вывеска и надписи на стене "Дискотека" и "Бар, бильярд" призваны были подтвердить статус. Вход - 15 рублей. Без комментариев. Помещение было заполнено девицами-малолетками, отчаянно трясущимися в ритмах планеты трехлетней давности, более взрослыми девицами, держащимися особнячком или уже распределенными по столикам и угрюмыми молодыми людьми, притаившимися у стен или сидящими за теми же столиками. Добры молодцы держат себя пока степенно - плавно подходя к той границе восприятия мира за которой начинается разгул русского человека - стаканы исправно наполняются, звенят и наполняются. Через час в пляску включаются почти все. Но я не включаюсь. Я стою у стены и смотрю на все это действо. И тут произошло событие, которое перевернуло меня - впрочем такие события всегда переворачивают… если они происходят.
10.
Прямо перед моим носом она встряхнула копной своих темно русых волос. И обернулась. Я замер. Она не обратила на меня никакого внимания - или сделала вид, что не обратила. Судорожно я пытался освободиться от наваждения - фигура, пластика и взгляд. Но тщетно - разве можно освободиться от такого взгляда, рождаемого ее серыми глазками? Она увлекала меня все больше и больше - а я увлекался, увлекался, черт возьми!
- Ну что ты смотришь? - бойко, остро - настоящая перчинка.
- Ничего! Не видишь - стену подпираю.
- Геракл?
- Да нет - обыкновенный я.
- И не местный.
- Почему?
- Заметно.
- Ух ты, какие мы глазастые! Нам бы так!
- Ну, дерзай!
Я ухватил ее за руку, крутанул вокруг и привлек к себе. Она легонько оттолкнулась от меня бедрами и вернулась в исходное положение.
- Забавный ты! - она улыбнулась.
- Взаимно!
- Так все побежали, побежали! - Антоныч начал подталкивать нас к выходу.
- Это еще куда? - моя краса брызнула на Антоныча своим коронным взглядом.
- Куда-куда - в нумера! - Антоныч был параллелен.
Ну, поехали! - она посмотрела мне в глаза - так пронзительно - словно хотела сказать - ну смотри, если что - я тебе такое устрою!