" - Вашу-то мать!!!! Опять то же самое!!! Не то! Не так! Совсем не так!!!"
Человек, только что стоявший у микрофона и пытавшийся петь принялся метаться по заставленной музыкальной аппаратурой тесной каморке, периодически спотыкаясь о провода и ножки рэков. Он был так занят размахиванием руками и собственными воплями, что не заметил, как выдернул шнур бас-гитары из усилителя. Басистка поморщилась и, неловко нагнувшись, придерживая инструмент рукой, вставила jack на место. Лица троих людей, непосредственно игравших на инструментах, выражали крайнюю степень усталости и раздражения, но вокалист как будто и не замечал, что действует им на нервы - или сознательно делал вид, что не замечает.
- Да какого ж хрена опять не так??? - возмутился тощий гитарист с вытянутым
лицом наркоаскета и толстонамотанным под насморочным носом шарфом, поминутно грозившим заткнуть ему рот и вообще задушить, - ты сам-то знаешь, что должно в конце концов получиться?! А?!! Я, лядь, уже давно понял, что ты ждёшь, как оно само получится. Вдруг. Раз - и вот оно, то, что нужно.
- Да как же это?.. Я же… Да я уже двадцать пять раз на пальцах показывал, что я
имею в виду! Ну вы что, совсем тупые или как?
- Трое не могут быть глупее одного - мрачно заметил бритый наголо ударник в кожаных бриджах и ботинках на высокой шнуровке. Торс его был гол и обильно татуирован, а натруженные руки с подозрительно выпирающими венами обессиленно болтались вдоль тела. - Я, например, детально следую твоим инструкциям, а ты как говно в енисейской проруби: то это не так, то что-то ещё не эдак. Я больше не могу, хватит, домой пора.
- Но мы же почти сделали эту вещь! Ещё чуть-чуть и всё получится! Ну!…
- Мы же… Вы же… Они же… Ты тут дёргаешься, как глиста, тебе всё похеру, а у меня уже мозоли кровавые на руке. Мне бы к следующей репетиции их вылечить, а то сам будешь звук выдавать - тихим хриплым голосом пробормотала басистка в чёрных джинсах и чёрной же водолазке, острые бугорки на которой отчётливо указывали на отсутствие под ней какого-либо нижнего белья.
- И выдам! Как нехер делать! - запальчиво взвизгнул экзальтированный субьект. Басистка ухмыльнулась и опасливо покосилась на шнур своей гитары, вновь оказавшийся в опасной близости от остроносых козаков певца.
- Ну-ну, хотелось бы видеть….
- Увидишь, я…
- Кончай базар! - рявкнул амбал с барабанными палочками, - давай попробуем в последний раз. Если да - то ещё поработаем, если нет - то баста. Я пивка бы выпил.
- Тебе бы только пиво сосать, а там хоть трава не расти. Работать надо! Потом хоть залейся этим пивом - проблеял вокалист и возмущённо взмахнул окольцованными кистями рук. Нервно поправил прядь длинных волос, упавшую на лицо.
- Пиво моё, законное. У меня норма - три бутылки в день, а я сегодня пока одну выпил. Маленькую…
- Всё, последний раз объясняю. Не получится - не знаю тогда, как мне с вами работать дальше, - обречённо провыл певец.
- Да уж… - буркнула девушка.
- Ты!!! - вокалист ткнул пальцем в басистку, сделал два быстрых шага и подошёл к ней вплотную. Девушка нервно схватила шнур и отвела руку в сторону, дабы приплясывающий перед ней человечек не задел его чем бы то ни было. - Ты манную кашу по грифу размазываешь!!! Бу-бу-бу! Нахрен мне твоё бу-бу-бу нужно??? Твой ритм должен быть чётким, как стук колёс поезда и размеренным, как маховик. Как паровоз! - вокалист выбросил руки вперёд и сделал несколько поступательных движений тазом, будто насаживая воображаемый ритм на свой член, как связку бубликов. - Твой ритм должен быть как стальная эстакада, геометрически совершенная, проклёпанная, звенящяя! Не меняй рисунок! Никаких подтяжек и слайдов. Чётко всё должно быть. Я, кажется,
ясно выражаюсь?!
Выкрикнув последнюю фразу, он немедленно метнулся к барабанщику.
- Тебя это тоже касается! Никаких соло! Даже микроскопических! Не нарушай ритм ни в коем случае! На связках делай минимум дополнительных ударов. Ничего лишнего. Бочка должна работать, как сердце. Сердце никогда не останавливается, слышишь, ни-ког-да! - ударник хмыкнул и посмотрел в сторону. _убыстрять ритм можно, лишь когда дрочишь, там это имеет смысл, а здесь - нет. Держи ритм. Ты своими палочками должен гвозди в мозги заколачивать! Твоя партия - как бетонная стена. Непробиваемая! И твоя тоже!! - говоривший махнул длинноволосой головой в сторону девушки. - Две бетонные стены. Замкнутое пространство от горизонта до горизонта! И в этом пространстве мечется звук гитары, как бесконечное эхо, отражаясь от этих стен вновь и вновь. Не строй из себя Малмстина! - проорал певец. Не насилуй инструмент, не изъёбствуй. Кому нужна твоя техника, Паганини ты хренов! Смачно надо играть, смачно, понимаешь? А ты из своей партии непрерывное соло сделал. В этой вещи гитара - background, фон. Не выпячивайся. Ты как бы мечешься между гитарой и барабанами, оттеняя то одно, то другое, но не можешь выбрать из них двоих. Ты эхо, эхо гитары, а не Эрик Клэптон на гастролях!Твой звук обвивается то вокруг одного (вокалшист обхватил руками басистку и та брезгливо задёргала плечами), то другого, - певец попытался проделать тот же манёвр с ударником, но встретил резкий отпор и отлетел в сторону.
- Я не пойму, ты пидор, что ли?! - зарычал ударник, встав со своей табуреткии угрожающе подсогнув руки в локтях.
- Сам ты пидор!!! - заорал вокалист, прижимая сжатые кулаки к бёдрам, - засунь свои палочки себе в жопу и крути там, пока не защёлкает! Кретин!!!
Последнее слово вывалилось из его горла с характерным деревянным стуком. Басистка, предусмотрительно отключив шнур, сняла гитару, взяла её за гладкий безладовый гриф и сделав чудовищный по своей амплитуде замах за спину, ударила крикуна корпусом гитары по затылку. Гитара деревянно загудела и вокалист рухнул на пол, успев, однако, выхаркнуть в лицо ударника последнее оскорбление. Гитарист снял гитару, взял её за корпус и направив гриф вниз, воткнул его острую шейку между лопаток лежавшего и, оперевшись на гитару всем телом, принялся раскачиваться из стороны в сторону, стремясь засунуть импровизированный кол как можно глубже. В спине вокалиста что-то похрустывало.
Осторожно обойдя гитарный маятник, ударник деловито присел на корточки около головы лежавшего и аккуратно вставил острый конец барабанной палочки тому в ухо насколько хватило сил, затем пригласительно обернулся к басистке, продолжавшей судорожно сжимать в руках гитарный гриф. Девушка бережно прислонила гитару к стене, встала в позу футболиста, готовящегося пробить решающее пинальти и неожиданно мощно пробила по удобно выставленному торцу палочки английским ботинком с металлической, специально предназначенной для подобных случаев, вставкой в носу. В результате удара не менее трети длины палочки исчезло из виду, прочно обосновавшись в черепе лежавшего.
Гитарист прекратил раскачиваться и вытащил окровавленный, с повисшими на колках ошмётками футболки и чего-то ещё гриф из неподвижного тела.
- Ну он меня достал! - замученно пропыхтел он и смахнул выступившую на лбу испарину болтавшимся концом шарфа, - он из меня дядюшку Ау, бля, решил сделать. Хуй там!!!!
Ударник взялся за торчащий из головы конец палочки, подёргал, а затем, исползуя её как рычаг, развернул голову лицом вверх. Глаза скандалиста вывалились из глазниц и болтались на нервных окончаниях где-то в районе носа. Глазницы и рот быстро наполнялись кровью.
- Вот сука, палочку отдавать не хочет! - возмущённо пробасил ударник.
- Брось, завтра вытащишь, - заметил гитарист, одевая на гриф гитары
полиэтиленовый пакет.
- Да?! А что же ты гитару здесь не оставишь? - ехидно осведомилась басистка.
- Завтра кровь засохнет, я её отскребать затрахаюсь. Лучше сразу отмою, пока свежая. Это тебе не барабанная палочка! Тут работы на пол-часа, не меньше, - с этими словами он опустил крышку кофра и синхронно щёлкнул замками. - Ну что, двинули?
- А моей басухе хоть бы хны, как новенькая! - восхищённо осматривая корпус своей гитары заметила девушка.
- Кто сказал, что гитара не ударный инструмент? - философски заметил ударник и, встав одной ногой на голову трупа, вытянул свою палочку из разможжённой головы. Палочка вылезла наружу с лёгким хлюпаньем. Наскоро вытерев её от налипшего мозгового вещества о футболку трупа, ударник поспешил за выходившими приятелями. Бросив прощальный взгляд на каморку он утвердительно кивнул и выключил свет.
Заперев дверь репетиционной и выйдя на улицу из подвала все закурили. Девушка дипломатично прикурила от своей собственной зажигалки, несмотря на два предупредительно поднесённых огонька.
- Ты пакеты мусорные завтра не забудь, - между делом бросил гитарист.
- Угу. - Ударник хрустнул шеей в одну, затем в другую стороную
- Никогда больше так не делай при мне, меня от этого хруста блевать тянет, - прохрипела девушка.
- Угу, - буркнул ударник и хрустнул, по-очереди, пальцами одной и второй руки.
- Хам.
- Извини.
- И где теперь вокалиста нового искать? Мы уже вроде всех свободных перепробовали, - задумчиво заметил гитарист.
- Не всех. Я слышала, Фёдор решил теперь сам петь.
- Ну и?..
- А вокалиста своего послал куда подальше.
- Ха, а я его помню! Он же мудак мудаком; - хихикнул гитарист.
- Зато у него теперь обе ноги в гипсе.
Посадим на стульчик в угол - и пусть поёт, - рассудительно заметила девушка.
- Правильно! А то некоторые суетятся, руки распускают и не дают сыграть толком, - обиженным тоном согласился ударник.
- Вот и я о том же, - подвёл итог гитарист и троица двинулась в сторону ближайшей трамвайной остановки.