Здравствуй, Сынок! Умоляю, прочти письмо, прежде чем порвать его. Сын… Не знаю, позволишь ли так называть тебя теперь, и имею ли я право вообще обращаться к тебе после стольких лет непонимания. Обнадеживает только то, что на похоронах матери, ты сказал, что прощаешь меня. Жаль, не дал мне  тогда поговорить с тобой, объясниться. Но я решил, что вернусь с кладбища, сразу же напишу тебе, бумага все терпит, может и ты поймешь. Затянул, правда, вот, на год, слов не находил. И сейчас трудно писать, лучше бы в живую сказать, но ты не хочешь встречаться. Сынок, выслушай, не обидь старика. Знаю, виноват перед тобой и перед матерью твоей виноват. Виноват, сил нет. Руки на себя наложить охота, да не мне решать. Но коль живой пока, значит боженька решил, чтобы я еще помучился. Все мало ему, да и правильно, поделом.

Сколько лет прошло, а я до сих пор не пойму, как так получилось, что закрутил  тогда с твоей Светой. Понимаешь, приходить она стала к нам. Все к матери в доверие втиралась, говорила, как тебя любит, какой ты хороший, как она тебя из армии ждет. Ну, мать и растаяла, чаями ее поила до полуночи. А потом и меня просила: «Прости ее, девочка сына нашего любит. А что было…, то было… молодежь сейчас вся такая». Но я злился, не мог я тогда понять, ни современную молодежь, ни  ваш со Светланой поступок. Светка это чувствовала и всеми силами пыталась  меня к себе расположить. Ох уж, умела стерва людьми манипулировать. В общем, очаровала она меня, я даже гордиться стал, что сыну такая красавица досталась. Частой гостьей у нас в доме бывала, желанной. Дальше больше: вечером в институт стал за ней заезжать, и к нам возил, на ужин – невестка же. Времени она проводила  у нас больше, чем дома. Наша мать ее уже дочерью называть стала. А доча в папку глазками стреляет и заигрывает. Я когда понял это, не сразу поверил. Долго сопротивлялся, не знал, как себя вести. А когда твоя мама уехала на недельку в гости к сестре, эта стерва приперлась ко мне на работу в легком платьице и пригласила прогуляться на набережную. В ту ночь у нас все и произошло. На следующий день, когда проснулся с ней в одной постели, готов был сквозь землю провалиться. Не знал, как буду смотреть в глаза жене и сыну. Но похоть моя, победила совесть, да и влюбился я, влюбился взахлеб, как пацан. Так все и продолжалось. А дальше ты знаешь…  Мама нас застала вместе и долго плакала. Светка хамила ей, а я, мудак, отмалчивался. Мама подала на развод. Светка-дура обо всем рассказала тебе в письме. Не пойму, как ты тогда сдержался, еще пытался нас с матерью примерить. Со Светкой мы прожили два года, она оказалась шлюхой, как я тебе и говорил, впрочем, как и ты мне. Все два года флиртовала с мужиками. Я ревновал жестоко, но прощал, избивал и прощал, потому что любил. Потом она ушла к этому уроду, которого я считал своим другом. Конечно, ему должность прокурора светила и денег побольше было, чем у меня, а девочка уже привыкла к красивой жизни. Вот и стремилась к ней, как могла. А я хоть и забухал тогда, точно знаю – Светку я не убивал. Ни в состоянии аффекта, ни по не осторожности, ни как. НЕ УБИВАЛ!!! Кто? Не знаю. Этим пидорам в пагонах, проще было меня принять, - «идеальный» убийца.
Откинулся два года назад. Побывал у Светланы, могилку нашел. Жалко девку.

Сейчас уже на ноги встал. Живу за городом, в деревеньке (квартиру за долги отдал). Приезжай, у нас тут красота. Осенью баньку поставил, рыбалка опять же, помнишь, как в детстве?  Приезжай сынок, посидим, все обсудим. Не держи зла, Бог меня уже наказал.

Мой телефон: 8-9………………….  Звони и приезжай, буду очень ждать.