Итак, с чиво фсё начилось. Цыпа, цыничный ссука мудак, спасобный йобнуть рибёнка, только за то,
шо тот бросил мима урны бычок, увидил вечиром ф парки адну кабылу. Телачка была - проста
песдец фашызьму. Крутыя бедры, жопа атклячина назат, шо можна на ийо паставить румашичку с
вадярой. Но вадяры у Цыпы не была. Ставить как грица была ваапще не хуй. Правда был исчо адин
еблабан, каторый абищал падагнать етим вечиром вадяру и кабыл, но он, гнида съебнул на дачю.
Цыпа ни спиша падашол к прафуре и очинно скромна спрасил:
- Вы случаем ибацца ни хатити?
- Пашол на хер уебан! - радасно вскрикнула ана.
- Чё сдесь такога? Проста вижу у вас жопа ахуитильная, так и проситца на крендель.
- Вона, вишь мой мушь стаит? Щас он тибе иобнит па рагам, штоп ты хуй праснулся, животнае! - и
паказала пальцым на каковата бычару, кавыряфшигося в ахуеннам насу. Иво палетц так глубако
залазил ф наздрю, шо Цыпе паказалась, бутта он щас мазги вытащит на хер.
Цыпа ришил ни спореть с сутьбой и аташол паближе к скамейки. Бычара завиршил працес ачистки,
и смачна иобнул падругу па жопе. Та давольно хрюкнула, и шо то начала шиптать иму на уха.
Причом на оба сразу. Патом ани падашли к Цыпи, и кабыла павила такой базар:
- Типо, ты хочишь паибаца, и папить вадяры? Мой мушь хочит засунуть ф два смычка, а патом
придожить тибе, уёбищу сраному, приятна прависти вечир.
- А чо, даваи пробавать. Хули нам кабанам? Наибёмси да лежим. Пагнали бля пабыстрей, а то
яйцы ломит.
И ани папирдохали в саседний с цыпиным дом. Када пришли, кабыла сказала: раздивайтись! А сама
съибнула на кухню, типо закусон падабрать к сталу.
Цыпа скинул в песду сандали, и сваи аптруханые треники. Майку ришыл не сымать. - Ну щас
будит ийэбля, проста ахуэть!, - виртелась у ниво в башке.
И фдрук из кухни выхуяриваит мужик с агромной жопой и таким жи чиленам, а из ваной высунулась
рожа таво самаво бычары, тока маленька пабритый и с мудями да кален. - Ни хуя сибе папал?!! –
падумал Цыпа, а еблан, шо пад бабу касил уже падбираеца ззади к цыпинай жопе.
- Лёва! Блять пагляди какой он невъебенный. Иму ачько ищо не растягивали, как ты думаишь?
- Хули там думать, паибём – увидем!
Цыпа махом патхватил сваи харуёпки, и папёрся к выхаду, но цепкайа рука бычары схватила иго
прям у парога.
- Ты шо ибаца ни хошь? Аня-Антон жи сказал, шо сагласин на два смычка. Вазьмешь в рот у иво,
а я паиграю с тваим дуплом.
- Ну вас на хуй пидарасоф. Ето ж нада так апдолбица, штоп мужука ат бабы ни атличить?
Он бросил сваи сандалики и треники в рыло кабыле-пидарасу, и ф замишавшийся ситуацьи
дернул на хуй за дверьную ручку. Ана аказалась аткрытай. Так и съебнул Цыпа в адной майке ва
двор. Бапки увидаф йего, вызвали ментов, пажарникоф и психиатароф. Пажарныйе съебнули сразу, ето
грят, ни па нашей части. И ф саправаждении минтов Цыпу атправили в дурку.
Хуй кто паверил, шо на ниво напали пидарасы. Ты грят сцука песдишь, шобы мы тибя атпустили.
Ваабще-то хуй ты угадал. В СеСеСРе пидарасаф нет и ни будит. А ты разъиоба, чиши сваи яйца
целый месиц в адинацатой палати. Делать не хуй и пришлось Цыпе ф тичении месяца патставлять
сраку пад уколы, и жрать вместа вадяры калёсы и пурген. Но ето уже другая история.

Сер endru