Вздымается ввысь пассажирский самолет,
Небо затянуто серыми тучами.
Не оборвать мне словами своими гиганта полет,
Не заглушить турбины могучие!

Но я... Я тоже часть могучей силы...
Владею знаниями я предков человечьих,
Подвластны мне законы некоторые мира,
Но не использую я их беспечно.

Я дикий князь пехоты полка,
Я день в окне царицы Невской,
Днепра я берег, и в стогу иголка,
Пенек расцветший среди леса.

Я - соль огня, крахмал торговца,
Отец бизона, белый пенопласт.
Я выходец из комсомола.
Для общества обуза и балласт.

Я призывник в строю людей,
Пророк весны, коллега неба.
Фанат лесов я и полей,
Поклонник из пшеницы хлеба.

Я молот негра-кузнеца,
Тарелка с маслом, рыбным супом,
Я зверь, идущий на ловца,
Дающий я тонущим руку.

Пожалуй, хватит обо мне писать,
Вернемся к смыслу данного стиха.
Не трудно пару строчек лишних начертать,
Мне эта миссия приятна и легка.

А я пишу о превентивной перистальтике,
О прахе винтокрылых голубей,
Об астролябии и о морской романтике,
О красоте океанов и морей.

Но перистальтика не устареет никогда,
Да и к тому же, превентивная она,
Я буду петь о ней стихи, слагать баллады -
Фанаты перистальтики, поверьте, будут рады.

Спасибо скажут мне потом за скромный труд,
Меня забудут, перистальтику - почтут.
И тихо скажут: "Был, такой поэт,
О перистальтике он написал куплет...
Давайте восхвалим труды его,
Отметим праздник яблочным вином...
И к нам среди похмельных грез
Явится перистальтика в лучах заката,
И тот поэт, не испугавшись гроз,
Нам перистальтику всегда восславить рад был!"