Возвращаясь к истокам американских фильмов ужасов, ознакомился с картиной “Хэллоуин” Джона Карпентера. Фильм оказался неторопливым застенчивым ужастиком, однако глупо отрицать, что по тем временам это был, несомненно, прорыв вселенских масштабов. Также “Хэллоуин” считается одним из первых и наиболее именитых представителей жанра “слэшер”, набравшего силу в 80-х с появлением “Пятницы 13” и “Кошмара на улице Вязов”. Итак, после просмотра культовый статус киноленты не оспариваю и считаю нужным сказать следующее.

    Жуткий убивца Майкл Майерс в детстве был очень плохим мальчиком. Он не играл в песочнице, не читал комиксы и не дергал девочек за косички. Вместо всего этого он просто пошел и зверски зарезал свою собственную сестру. Посчитав, что ставить Майкла за это в угол уже не актуально, родители незамедлительно сдали его в психиатрическую клинику для закоренелых извергов и душегубов. В клинике Майкл тоже не играл, не читал комиксы и не дергал девочек за косички. Он просто сидел на стуле и смотрел в стену. И так пятнадцать лет. Лечение в клинике не пошло на пользу Майклу и даже добрый доктор Лумис, который все эти годы пытался уговорить его не смотреть в стену, констатировал неутешительный факт – “Майкл есмь воплощение зла и его надобно упрятать от мира до конца жития его!”.

Все бы так и случилось, однако подлый Майерс был очень хитер и коварен. Все эти годы он не просто смотрел в стену, а сверлил её взглядом! Надо полагать, ему удалось, в конце концов, совершить задуманное, так как чудесным образом он сумел выбраться из своей палаты и поднять в клинике бунт. Майкл просто бегал из палаты в палату да выводил пинками психов на волю. Однако психи на то и психи, чтобы, попав на волю, просто уныло толпиться во дворе клиники небольшими кучками. Именно такой тоскливый бунт доктор Лумис и наблюдает по приезде в клинику. Но Майерс не таков! Ему нужно на волю, чтобы дорезать недорезанное, додушить недодушенное и совершить еще массу разнообразных злодеяний. Такой вот он маньяк этот Майерс. В общем, не успел доктор прикатить в клинику как Майкл, воспользовавшись всеобщим переполохом, вскочил за руль его драндулета и уехал в дали далекие воплощать в жизнь свои грандиозные замыслы.

    И отправился Майкл не куда-то там, а прямиком в свой родной город Хэддонфилд, где немедленно изъял из хозяйственного магазина два ножа длиною по локоть, веревку и маску капитана Кирка – персонажа популярного в те забытые времена сериала “Звездный путь”. Рассудив, что убивца в маске капитана Кирка – довольно нелепое зрелище, от которого невинная жертва способна умереть, лишь надорвав от смеха животик, Майкл покрасил маску в жуткий белый цвет, повыдергивал из неё местами шевелюру, да расширил прорези для глаз. Образ бесчеловечного душегуба был дополнен темным комбинезоном автослесаря. В таком вот зловещем виде Майерс и отправился вершить злодеяния.

    А в Хэддонфилде тем временем наступил самый страшный день года – Хэллоуин. Все дружно принялись смотреть ужастики, пугать друг друга и азартно совокупляться – что для молодежи в Хэллоуин обычное дело. Многочисленные совокупления были лишь на руку Майерсу, ибо совокупляющийся тинейджер – тинейджер невнимательный. И даже если Майкл зловеще нависнет над ним, застыв на манер векового дуба, совокупляющийся тинейджер даже ухом не поведет. Короче говоря, планы Майерса настолько грандиозны, что он даже не знает с чего начать, а потому просто ездит туда-сюда по городу, да стоит истуканом в разных местах, настораживая ничего не подозревающую общественность.

    По прибытию в потенциальное место кровавой массякры, беспощадный взгляд душегуба пал на простую жительницу Хэддонфилда Лори Страуд. Надо ли разъяснять, что кровавый убивца немедленно возжелал изрубить её в капусту или хотя бы в тыкву, что так необходима для проведения качественного Хэллоуина. Но Лори Страуд не такая как все – она, к сожалению, приличная девочка, а потому в этот жуткий день ни с кем не совокупляется, что делает замысел дубообразного Майкла к ней незаметно подкрасться практически невыполнимым. В общем, Майерс начинает вершить свою долгожданную массякру, подбираясь к Лори все ближе путем поочередного истребления её друзей и знакомых.

    Цитата из фильма:

    Шериф Ли Брекетт – Пропала только маска для Хэллоуина, веревка и два ножа. Ну кто, по-твоему, мог это сделать?

    Первое, что бросается в глаза или, если позволите, в уши это великолепный саундтрек фильма, написанный за четыре дня лично Карпентером. С первых секунд картины эта зловещая и тревожная музыка создает необходимую атмосферу, в которой любой подозрительный субъект, не говоря уже о жутком психопате Майерсе, покажется дьяволом воплоти. Наблюдая умиротворенные виды тихого Хэддонфилда под этот марш смерти, невольно ждешь, что из-за кустов вот-вот выпрыгнет свирепое зло и разом отправит на тот свет все живое, включая домашних животных и скудную растительность прикоттеджных лужаек.

    Снят фильм весьма достойно и в гнетуще-тусклых полутонах, так соответствующих происходящим на экране событиям. Опять же, главная заслуга Карпентера в том, что ему мастерски удалось создать необходимую атмосферу ужаса, которая многократно усилила эффект каждой из, как ни странно, немногочисленных сцен жестокого смертоубийства. Съемки картины уложились в умопомрачительно короткие сроки – 20 дней и всего $325 000 бюджета! При этом фильм быстро обрел статус культового и собрал кассу в $60 000 000, что и через тридцать с лишним лет звучит весьма внушительно.

    Актеров картины можно разделить на две категории: “профессионалы” и “любители”. Причем первая категория будет состоять лишь из одной персоны Дональда Плезенса – блестящего актера, уже состоявшегося на момент съемок в “Хэллоуине”. Все сцены с участием Плезенса отсняли за пять дней, заплатив ему $20 000 – сочный кусок от скромного бюджета. Карпентер отдал Дональду роль доктора Лумиса, будучи большим поклонником его актерского таланта, а после “Хэллоуина” еще не раз приглашал его в свои проекты. Имена остальных актеров можно смело вписать в категорию “любители”, так как на момент съемок никто из них не обладал сколько-нибудь заметным опытом и не изобразил ничего выдающегося, попав в объективы камер Карпентера. Во главу дилетантской шайки аматоров можно поставить Джейми Ли Кертис – исполнительницу роли Лори Страуд, но и она по части актерства была плоской как надгробная плита и лишь противно повизжала под конец киноленты.

    В итоге с небывалых высот современного кинематографического прогресса фильм может показаться наивным и затянутым, но не стоит забывать, что “Хэллоуин” открыл дорогу на экран многим поджанрам фильма ужасов. А многочисленные маньяки в масках, что лихо сносят тинейджерские бошки в тоннах дешевого трэша – это лишь слабенькие отсылки к первоисточнику, коим, несомненно, является культовый фильм Карпентера.