Я  ей ни одного стиха не написал. Всем писал, а ей нет. Почему..? Хуйпойми.. Другим стихи, так и лились, а этой нет. Мвриначка, кончно красавица была, но стихов не вызывала.. На прозу перешел, на бульварную... Про йеблю там половую, про хуй, который из штанов зачем то вынул. Теперь вспомнить не могу. Зачем..!? Передернуть..? Да вроде не охота.. Спрячу, от греха подальше..
Сегодня с Маринкой в секс-шоп ходили. Не целевым, а так, мимо проходили. Она и заманила меня туда. Пойдём грит, весело будет. Охуенно весело - думаю. Щас, мне вид разномастных хуев и пелотак, мне настроение поднимет. Как зашел туда, настроение вообще на нуль, меньше чем за 10к, вообще нихуя нет. Только крем пиписачный за 3к и затычка в жепу, за 7 косарей, с пумпончиком бля..
А я знаю, ща Маринка, что-то клянчить будет. И только она рот открыла, я продавщице говрю: - Заверните нам крем пожалуйста.. Гы - гы.. Опередил. А то она уже дырчалку для фасольки своей присматривала, а она двадцатку стоит. Кароче я крем в карман, Маринку под руку и ходу от этого изобилия половой похабщины..
Домой идём, думаю как быть, что делать..? Ща Маринка придёт домой, помоется, песду кремом намажет и ко мне припрецца. А я про этот крем, слыхал уже. Если Маринка им шмоньку свою намажет и совокупиццо со мной, то зудеть и чесацца, будет у обоих, да так, что эти органы ебучие, хочеццо оторвать и выкинуть нахуй.
Тут оп...! Тилипон.. Колян звонит.. Товарищь с работы. Спаситель йопта..! Договооились в баньку.
Я Маринка говорю:
- Ну всё. Отдохнул.. На работу вызывают. Сменщик заболел.
Маринка сморщилась сперва, а потом задумалась, литсо у ней просветлело. Ну ладно грит иди.. Собрала мне тормозок, перошки положила, с ливером и с рисом и яйтсами. Такие, что и на закуску, прямо огонь. Сел я в машину и уехал нах.
Ну не нах, а в баню с Коляном. Попарились мы и сидим, по третьей "Балтике" допиваем, троечки. Семёрка раньше была. Тут опа..! Звонок..! Гляжу - Мариначка..! Я приосанился сразу, литсо сделал серьёзное, как буд-то она меня видит.
- Алë -  говорю. А из трубы голос, жалостливый такой.
- Приезжай быстрей Андрюша. Мне плохо. Я умираю...
И трубку бросила. Только в самом конце я услышал, как рычание какое-то утробное. Думаю: "Умирает она, как же. От натирания песды, ещё никто не умер.
Как бы там не было, ехать надо. Часа четыре - пять прошло, как я с Мариначкой расстался. Подъехал тихонько и в дом. На цыпочках захожу, Маринка моя в ванной сидит. Голая, волосы растрепаны, рычит и сладострастным остервенением, натирает свою шмоню. За руку взял её: - Харе - говорю, на руки поднял, всхлипывающую, жалкую, в спальню отнёс и на кровать уложил. Оставшуюся часть ночи к Маринкиной песде, я компрессы уксусные прикладывал. Красная вся была, распухла жутко. Мне потом Маринка, полторы недели не давала и призналась однажды потихоньку, что кончила, разов сорок, а может и больше. Кароче, как Маринка и сказала, было весело.
А остатки крема, я соседской кошке на её причиндал вымазал. Как весело и задорно, она целый день жепой по газону ездила. Лапы задние вперёд, а передними так смишно перебирает и едет на жепе. Я ржал, а Маринка, так. Поглядывала и грустно улыбалась.

До новых встреч комрады..