Прошлым летом мне довелос ь побывать в Южной Осетии. Подозреваю, что после пиздоболии и беспредела, связанных с президентскими выборами, это уже совсем другая страна, не та, в которой я побывал, поэтому в моем отчете о политике речи вести не хочу.

В Южной Осетии есть только два плюса, присущие Кавказу, - это хорошая экологическая обстановка и гостеприимность местных жителей. Там реально целебный воздух: можно хорошо выспаться даже за 3 часа, а с утра не бывает похмелья — сколько бы ни выпил накануне вечером. Люди там гостеприимны настолько, насколько это вообще возможно: любого приезжего из Москвы они принимают как долгожданного старого друга, сделают для него все возможное и отдадут ему последнее. А если без эмоций и розовых соплей, то жить в Южной Осетии, конечно же, нельзя.

Первое, что бросается в глаза и бьет сиденьями по ягодицам, - это дороги. Их там просто сука нахуй нет. От асфальта осталась лишь несуразная пыль. На проспектах и улицах Цхинвала зияют такие ямы, что в них могло бы утонуть несколько «Титаников». Состояние машин в Осетии вполне коррелирует с местными дорогами: автомобили разъебанные, скрипящие, стремные и советские. После войны прошло несколько лет, но дороги не чинят.





Почему они не восстанавливают дороги? Этот вопрос меня ввел в тупик, однако варианты ответа у меня есть. Либо затем, чтобы спрашивать москвичей «Видите, как Грузия в 2008 году нас ебашила? Вы еще сомневаетесь, что это правда?» Либо из-за их врожденной лени и распиздяйства. В этом плане югоосетины — кавказские русские. За годы, прошедшие после войны, они не восстановили ничего. Более того — они даже не стали дальше заниматься своим огородничеством. «А нахуя, - говорят они. - А вдруг завтра война — все наши помидоры и виноград опять засохнут, как это было в 2008».





Весь город Цхинвал — а других городов в Осетии практически нет — представляет собой ебаные развалины. Канализации в большинстве домов нет, электричество периодически отключается, интернет там только мобильный — все пользуются какой-то грузинской сетью. Построен нормально только один квартал на окраине города, в остальном же — пиздец и разруха.

Меня — жителя мегаполиса с 30-тилетним стажем — поразили вещи, которые местным кажутся несущественными. В столовке, где нас кормили, я попросил воды. Мне сказали:

−    Вода будет завтра, в 2 дня.
−    Йопт, а вы купите просто обычный фильтр и фильтруйте для нас воду.
−    Это бля у вас в Москве можно пойти и купить фильтр, а у нас их нихуя нет.

А пару раз мы бухали с местным мужиком. Напились в говно, он сказал, что поехал домой, и пошел заводить в машину. Я спросил:

−    Ты йобнулся? Ты пьяный поедешь?
−    Доеду, не ссы.
−    Да я не о том. А если гайцы права отнимут?
−    Ты йобнулся, как они отнимут?
−    … Вот так и отнимут.
−    Не отнимут. Мы тут все друг друга знаем. Вот отнимет он у меня права, а как на следующий день со мной за один стол сядет? Или завтра война. Так я ж ему обе ноги прострелю.

Да, в Южной Осетии бухают за рулем. Моя поездка носили околополитический характер, поэтому наша група постоянно посещала разные конференции. В ходе встречи с Эдиком Кокойты я вышел покурить и увидел, как водители наших автобусов пьют вино с экипажем автомобиля ГАИ, который нас сопровождал. После этой пьянки водила нас вез по ямам так, что многие пассажиры автобуса стучались головами о крышу.

Девушки в Осетии в большинстве своем страшны, как демоны из Преисподней. Примерно к 15 годам у них вырастают усы, и ебать их становится даже теоретически невозможно. Хотя ебать их и так невозможно: все девочки воспитываются при помощи «ежовых рукавиц», с парнями они не встречаются, а все прелести межгендерного человеческого общения познают исключительно после свадьбы. Впрочем, для Кавказа, где все женщины, кроме грузинок,.. скажу так... крайне непривлекательны, югоосетинские еще более-менее ничего.

Усатость женщин в Осетии компенсируется низкии ценами на алкоголь. Обычная водка там стоит 25-30 рублей, а элитная под названием «Генераллисимус» с портретом Сталина стоит 70 рублей. Но вся эта водка владикавказского производства в подметки не годится местной чаче, которая горит, как бензин, и стоит 100 рублей за полтора литра. Кстати, обычным заправкам в Южной Осетии составляют конкуренцию мужики, стоящие с бочками вдоль дороги и продающие из этих бочек бензин по ценам, выше, чем в Москве.    

Главный смысл жизни местных жителей в Южной Осетии — это рассказы про нападение Грузии, которыми они пытаются реабилитироваться за то, что так нихера после атак и не отстроили. Если верить рассказам югоосетин, а также если посмотреть видюшки в их телефонах, то все мужчины Южной Осетии представляют собой гибрид Рембо и Терминатора.

А спустя год после визита в Южную Осетию, мне хотелось бы туда вернуться. Хотя бы для того, чтобы подышать горным воздухом и окунуться в неразбавленный позитив местных жителей. И пускай во время моего визита они отождествляли преступную путинскую власть со спасением от Грузии, над этой территорией никогда не будуь властвовать цивилизация и политика. В Южной Осетии всегда будут радоваться гостям.