Помню, на дворе восьмидесятые. Отчим мой в торгфлоте был матрос.
И потратив доллары проклятые, видик дефицитный нам привёз,

Ну а с ним кассеточку развратную. Квасит отчим где-то с друганом,
Я себе же делаю приятное, наслаждаясь новым  видаком.

"Лысого гоняю" с удовольствием, жидкостью забрызгав всю кровать.
В общем, провожу я время с пользою, но придёт вот-вот с работы мать.

Джинсы надеваю, звякнув мелочью. Выдавив на лбу чирей штук пять,
На башку натягиваю кепочку и во двор иду искать ребят.

Взяли портвешок и пьём в беседочке, закурили дружно "Беломор".
И про то, как чпокаем мы девочек, завели хвастливый разговор.

Я всем улыбаюсь снисходительно и смотрю немного свысока:
Вряд ли кроме хуя что-то видели пацаны, живя без видака.

И делюсь новейшей информацией, выдавая, впрочем, за своё.
Чуваки, по умному, в прострации и вздыхают только:" Ё-моё..."

Где и с кем успел, узнать пытаются. "Да с училкой ездили в поход.
А ещё ей сзади очень нравится, ну и чтоб кончали только в рот."

Кто-то убежал менять исподнее, кто-то глубоко залез в карман.
И прощаясь, тянут руки потные: "Вот же повезло тебе, Толян!"

...Ночью просыпаюсь вдруг. За стенкою, слышу, исполняет отчим долг,
Аж посуда в раковине тренькает. Знают, видно, люди в сексе толк!

Вдруг открылась дверь и мать испуганно выбегает быстро в туалет.
А за нею отчим, что-то путано объяснить ей хочет про минет.

Мать стошнило. Пяткой бьёт по плинтусу отчим. Слышу шёпот на весь дом:
"Насмотрелся видео...На, выкуси! Хрен тебе Гоморру и Содом!"

...А назавтра я сбежал с истории. Дверь открыл, а видика и нет.
Отчим пьёт и видно, это с горя он. ...С той поры прошло немало лет.

Пацаны давно уже разъехались, кто-то спился, кто-то сел в тюрьму,
Кто-то за бугром от делать нехуя. Отчим же съебался в Кострому,

Там завёл семью, уже не плавает. Мать, увы, по-прежнему одна.
Ну а я живу с рукою правою. Как-то так сложилось у меня...