На горизонте появился Лёха-Ария. Я поинтересовался  у него насчёт работы, зная, что он занимается бизнесом и у него много знакомых. Лёха-Ария сказал, что как раз сам сейчас ищет человека к себе на склад. Работать нужно раз в неделю. С моим скользящим графиком – то, что надо. Тогда-то я и узнал, в чём заключался его бизнес.
В  90-е  его мама стала заниматься страховым бизнесом. Лёха-Ария числится у неё в фирме то ли зам директором, то ли начальником, в общем, как он признался – сам не знает кем. А в те лихие годы он работал в компании, занимающейся оптовыми поставками косметики. Фирма работала почти со всеми точками в городе, торгующими парфюмерией и косметикой. Как рассказывала девушка Саша, которая тоже у него работала, и с которой они начинали работать в той фирме, Лёха-Ария приезжал в час или в два дня на машине. Приходил в офис, полчаса вертел ключами от машины на пальце, и молча уходил. Когда намечалось совещание, директор говорил: «А Алексею просьба повторить три раза, чтобы он не забыл». Затем контора развалилась, люди ушли, но осталась связь с клиентами и оптовыми точками в Питере. Саша предложила взять дело в свои руки. Мама Лёхи-Арии дала ему деньги под бизнес, и они продолжили наработанное дело. Деньги текли рекой. Товар возили фурами два раза в неделю. За год он заработал деньги на квартиру. Но решил продолжать бизнес. А через год цены на недвижимость взлетели так, что ему выгоднее было в тот раз купить квартиру, и продать её, чем заниматься бизнесом. Дело продолжилось. Саша стала говорить Лёхе-Арии, чтобы он открывал ларьки, точки, и расширял дело. Но он чем дальше, тем больше ленился. В общем, к тому моменту, когда я стал у него работать, многие клиенты отказались с ним сотрудничать, но худо-бедно раз в неделю у него, через Сашу, заказывали товар в магазины и он, вернее водитель с экспедитором, везли его из Питера. Многие хозяева точек говорили, что работают с Лёхой-Арией только потому, что заявками занимается Саша. Его работа заключалась в том, чтобы во вторник готовую заявку отправить в три оптовые фирмы, оплатить через банк заказ, передать нам с утра листы по сборке, и привести на склад накладные для проверки собранного товара. Водитель с экспедитором привозили заказ. Я разгружал машину, собирал товар с Сашей, потом проверяли его по накладным, и вечером я с водителем развозил его по точкам. Каждую неделю происходили какие-то косяки по вине Лёхи. Он раньше двух часов дня не просыпался. Но при этом частенько забывал отправить деньги в Питер. Когда экспедитор с водителем приезжали, им начинали говорить, что не выдадут товар до тех пор, пока не поступит оплата. Они начинали звонить Лехе-Арии, но не тут-то было – он спал и не слышал звонков. А если они звонили на сотовый телефон, – не брал трубку. Дело в том, что у него были платные входящие звонки, если звонили с номеров других операторов, и он не хотел тратить деньги. Заканчивалось дело тем, что экспедитор звонил Саше, а та  дозванивалась Лёхе, и объясняла ситуацию. На что он, искренне возмущаясь, отвечал: «Так а что они мне названивают? За что я им деньги плачу,  если они там в Питере не могут уговорить на складе выдать им товар,  и ничего без меня не могут решить? Они же знают, что я всё равно потом заплачу…». Однажды водитель дозвонился Лехе-Арии, и спросил: «Где деньги? Почему не заплатил? Опять ругаются, что оплаты не было!» « Деньги? Всё нормально. Деньги у меня на столе», - ответил Лёха.
Так мы и работали. Товар разбирали на складе. Лёха снимал помещение, в котором были ещё две незанятые комнаты. Арендовать их он отказался, но, тем не менее, привёз туда свою барабанную установку. Миха тут же предложил ему открыть в помещении студию, и сдавать нам в аренду. Мы завезли аппаратуру группы – комбики, усилители. Разместили  рекламу, и у нас стали репетировать другие группы. За деньги. Сам Миха вместе с Серёгой уехали в Финляндию зарабатывать деньги. Я, в свободное от основной работы время, сидел на студии, настраивал звук и брал деньги с групп. Однажды в воскресенье, когда у нас репетировала команда с большим количеством участников и инструментов, в помещение зашёл какой-то мужик. Он оказался директором комбината, которому принадлежало данное помещение. А когда я работал в четверг у Лёхи, и он привёз накладные, прискакала заведующая, заключившая с ним договор об аренде и стала орать:
- Что тут за музицирование устроили? Мне тут этого (в этом месте она нервно имитировала игру на гитаре) не надо! Я сдавала помещение для других целей, а не музыкантам!
Лёха-Ария был спокоен, как танк, и лишь улыбался, когда тётенька возмущалась. Потом она обнаружила, что две комнаты, в которых стояла аппаратура, вообще сдаются. А когда узнала, что сюда приходят и другие музыканты, репетируют за деньги, просто выпала:
- Так вот ты какой, значит, гусь? Мало того, что это эти две комнаты ты не имел права использовать, т.к не брал их в аренду, так ты ещё умудрился их сдать в субаренду!
Лёха пожимал плечам. Тётя поорала ещё немного и ушла.
- Так что – спросил я у Лёхи, - на этом студия закончилась?
- Да нет, почему? Просто теперь надо осторожно ходить, чтобы она не знала, вот и всё.
И целых два месяца мы пробирались на репетицию не через проходную, а перелезали через забор.


А в 2003 году, у группы Deep purple вышел альбом “Bananas”. Они выступали в Ледовом дворце города Санкт-Петербург. Вместе с Лёхой мы решили посетить концерт. Добирались на машине вместе с его корешем и девчушкой, участницей конкурса красоты. Приехали, купили билеты, и собрались поесть. В иных обстоятельствах я предпочёл бы перекусить в простой кафешке. Но Лёха-Ария в такие моменты вспоминал, что он бизнесмен, и считал, что для него это не солидно. Регулярно сталкиваясь с ним по работе, а время от времени и на ночных гулянках, я обнаружил в нём две особенности: с одной стороны скупость, а с другой – стремление соответствовать воображаемому статусу. Скупость у него доводилась, порой, до абсурда. Ладно ещё по работе, когда он возмущаясь, например, что водитель раз в пол года поднимал цену на поездку, жаловался: «Да, вот конечно, теперь водители будут лучше жить, а что делать бедным бизнесменам?», или когда, рассчитываясь со мной, так и норовил назвать цену рублей на 20 – 30 меньше, после чего водитель произносил: «Нет, лучше уж тогда 487 рублей и 35 копеек». Однажды я собирался пойти в крупный строительный магазин, купить клей для афиш. Он, узнав об этом, обратился ко мне с просьбой.
- Там у меня девушка знакомая работает, - говорит он -  передай ей от меня подарок.
Уходит на кухню и приносит четверть шоколадки «фазер», завернутую в бумажку. Я сначала подумал, что он разыгрывает, хотя знал, что Лёха к такому роду шуток не склонен.
- Ты бы ей ещё шампанское  в баночку налил, - пошутил я, - ты серьёзно хочешь ей подарить пол шоколадки?
- Я бы дал целую, но у меня только такая осталась, - оправдывался он, и засмеялся, видимо осознав всю нелепость. А может просто хотел меня поддержать в смехе.
- Дело твоё, конечно. Но мне как-то даже самому, пусть и не от себя, будет стыдно передавать такой «презент» в виде огрызка шоколадки.
Лёха призадумался.
- Ладно, - согласился он, - я тебе дам деньги. Купи ей тогда МАЛЕНЬКИЙ сникерс…
Гостеприимство у него тоже приобретало своеобразные формы. На кухонном столе неизменно стояли грязные чашки, заполнённые до краёв водой, которые он не мыл, но говорил, что уже замочил.
- Будете чай? – предлагал он гостям, после чего вытаскивал из отдельной чашки использованные чайные пакетики и начинал заваривать.
- Лёха, ты что делаешь? Завари нормальный пакетик!
- Так с этого ещё хорошая заварка получится, - говорил он, и с лицом обиженного ребёнка, доставал свежий пакетик, отрывая его от сердца. Себе же он иногда заваривал чай из нескольких использованных пакетиков. На чай эта светлая жидкость всё-равно не была похожа, поскольку пакетики он заваривал на третий, а то и на четвёртый раз…
Возвращаясь к концерту… Лёха долго бродил, привередничал и, в конце концов, завёл меня в какой-то ресторан. Он долго-долго вчитывался в меню, что-то высчитывал, и заказал себе картошку фри с мясом. Я выбрал что подешевле – яичницу с колбасой и чай с булочками. Лёха свой заказ ждал минут 40. Наконец ему принесли блюдо. На тарелке валялись три картошинки фри и небольшой кусочек мяса. Из ресторана вышел  разочарованным и недовольным.
- Пойдём, - сказал он, - я хоть в ларьке сникерс куплю. А то в этом ресторане не наелся.
Концерт был потрясающий. Конечно, жителям столицы и Питера не привыкать к приезду мировых звёзд. Но для меня это выступление, несмотря на то, что я на видео много чего пересмотрел, было лучшим из всех, что я посещал ранее. После него я пол года вообще не мог ходить в рок клубы в своём городе.