..Квартира Семена Дудкина, человека и алкоголика, за шесть месяцев запоя стала похожа на площадь Грушевского 2014. Из живой мебели в ней сохранился только грязный стол с колонией мух и два боевых табурета. На стене висел плакат-календарь с девицей в стрингах, только ничего общего с сагой про Шоушенк он не имел, то-есть, не скрывал лаз в нечто хорошее, хоть и через дополнительное дерьмо. Основным украшением квартиры являлся продавленный диван, на котором лежал чумазый хозяин этой гадюшни.
.
  Не, Сема не был потомственным пьяницей в третьем поколении, наоборот, аккуратный пиксель средних лет, с налетом интеллигентности. Преподавал историю в школе, увлеченно рассказывая детишкам, как элегантно работала инквизиция и почему фашисты в мае, грустные. Синьку не любил и избегал тусовки с косорыловкой, а уж чтобы по пьяной дыне пометить угол дома или поставить фиолетовую залупу под глаз собутыльнику, так это, вообще, за гранью фантастики. И вдруг, бац, Дудкина, словно подменили.
.
  А дело, в общем-то, обычное. От него ушла жена, объяснившись запиской: – потратил мои годы – кончил и уснул – мудак и зануда.
  После этого Семен забил на моральные настройки, и докучи на Наполеонов с греками и стал, жалеючи себя, хлебать всякую забористую дрянь, мотыляясь по рюмочным и алко магазинам.
.
  Однако, не прошло и полгода, как на него вдруг снизошло озарение, что жена ему стала безразлична, и при желании можно найти аналог. А значит, тужит он напрасно, только алкоголь зря переводит. И вообще, такими темпами можно с Ким Ир Сеном встретиться в ближайшее время. После чего он перестал бухать, как обрубил.
  Конечно-же, наступило похмелье, лютое и беспощадное. Все, как в методичке: рвота, головняки, тремор и ненависть ко всему живому. Но к вечеру третьего дня ему полегчало и появилось желание немного прогуляться, вдохнуть озона и освежить взгляд на мир.
  Семен принял душ, побрился и неспешно отправился в парк.
.
  Он фланировал по аллее, размышляя о своей серой жизни, наступившим одиночестве и внутренней пустоте, прикидывая, как это возможно изменить. В полусотни метров справа, заметил уютное парковое кафе, и ему захотелось посидеть там с чашкой чая.
.
  В зале не было посетителей, администратор лениво прохаживался у входа и, что подкупало, не играла фоновая музыка. Семен присел за дальний столик. Вдруг у него появилось ощущение автономности кафешного зала от остального мира и, что админ, будто погранец, заботливо охраняет это явление.
.
— Можно присесть за ваш столик, — неожиданно прозвучавший, звонкий, почти детский голос заставил Семена вздрогнуть. Возле него стояла соблазнительного вида девица. Положив руку ему на плечо и присев на край стола, она добавила, — смотрю, ты квасить бросил. Молодец. А то твоя вялотекущая шизофрения стала нас утомлять.
— Ты из чего соткалась, ты кто? — у Семы от удивления отвисла челюсть, он с интересом разглядывал аморфную девушку, непойми откуда появившуюся, но начинавшую  принимать естественный, человеческий облик. Внешне она напоминала Сальму Хайек, а через тонкую ткань платья были заметны прелести её фигуры и отсутствие нижнего белья.
— Хай, айм, Мерилин, отсосу за десятку, — ответила она фразой из фильма и двумя пальчиками запахнула ему рот, — саечка за испуг, —после чего девушка обошла столик и села напротив, — шучу, можешь называть меня, скажем, Алиса. 
— Привет, Алиса, — спокойно изрек Дудкин. — Вот, значит, как белочка начинается.
— Попрошу, не выражаться, — она гневно наморщила лобик, — я имею отношение к солидной организации, только в другой реальности. Мы рондомно выбираем персонажа, из группы людей с полярным поведением, для нашего ток-шоу. Принцип простой – ты живёшь, мы наблюдаем, похоже на ваш ютуб. В общем, 'застекольщик', это ты. А я, твой куратор. Кстати, отказаться невозможно, мамой клянусь.
— Ты, типо, Лукавый, а я вроде Степы Лиходеева?
Семен вдруг почувствовал приятную гармонию, благодаря энергетике исходящей от девушки. Нечто позитивное. И осознал, что готов сделать все, что она предложит.
— Ты начитался лишнего, скорей, я, как Эрнст, а ты, как Бузова. Ну, в смысле, значимости, пол не причем. Я буду помогать и советовать, а ты, слушать советы и вести себя в рамках формата.
— Согласен. А откуда ты про мой запой знаешь?
— Мне про тебя все известно. Я, вообще, круче чем Вольф Мессинг, в курсе всего, даже кто убил Лору Палмер знаю, но не проси, не скажу, — Алиса похвасталась, как первоклашка, и жеманно помотав плечиками, продолжила, — от тебя жена на таких скоростях смылась, что инверсионный след остался, и ты стал жалеть себя водками. Сам виноват.
— Ну, не знай в чем вина. Зарплату отдавал, обязанности исполнял.
— Хреново исполнял. Надо было по-комсомольски класть супругу на плечо и нести на трах-станок, а ты обнимал её ляжку, как Безруков березки и, тыкаясь пятачком в лобок, прислушивался к телеку, забили Кони спартаковцам или нет.
— Да она тоже, та ещё аскарида, то у неё головные боли, то жидкие поносы, — Семен попытался оправдаться.
.
  В этот момент к столу подошёл администратор кафе с подобострастной гримасой на лице, — вот-с, пресса, чай, если угодно, папиросы принесу, тока скажите. И оставив на столе газету и чашку с напитком, поспешно удалился.
.
— Ладно, это в прошлом. Теперь надо подобрать тебе необычную партнершу, заметь, не соебенщицу или сожительницу для готовки щей, а пртнершу. Но её курсовать не станем.
— Необычную? Что, нужна девушка с квадратными грудями и разрядом по самбо?
— Не поясничай, — Алиса улыбнулась и назидательно покачала головой, — она должна быть: умненькая, симпатичная и с отрядом спящих в голове тараканов, готовых к детонации. И ты их, конечно же, разбудишь.
— И где искать такую зайку – оборотня?
— А помнишь, ты год назад в "одноклассниках" с некоей Ночной Фиалкой флиртовал, ещё эсэмэсился с ней про гладкую киску и бутоны источающие соки желания, тьфу, какая мерзость. Вспомнил?
— Было такое, приятная девчуля. — Семен кивнул головой.
— Пожалуй, она подойдёт. Только ей больше нравится: на колени сучка, рот открыла, шире, соси и смотри мне в глаза, шлюха. После чего она захочет расцарапать тебе спину и заездить твой член до мазолей. Кстати, если втюрится, то ради тебя и 'плащ распахнет' в Ашане и у обкома помочится. Наш формат!
— Как скажешь, начальник.
— Кстати, у тебя ведь с чатлами, никак. Ну ничо, источник дохода не проблема.
— Дык, учителя не в цене, — Дудкин развел руками.
— Вот запомни, это тебе на первое время, — она ткнула пальцем в результаты матчей, опубликованные в только что принесенной газете, которая была датирована декабрем месяцем сего года, хотя сейчас стоял сентябрь. — Запомни их, Дудкин. Потом дофантазируешь сколько можно получить, зная точный счёт.
— Декабрь? Результаты того, что произойдет через три месяца? — У Семена засбоило в мозгу от этого несоответствия, но он внимательно просмотрел таблицу.
— Отставить удивление, — Алиса засмеялась, — ну да, это круче, чем фокус с исчезающим пальцем, понимаю.
.
  Снова появился админ, он встал в нескольких метрах от столика и, переминаясь с ноги на ногу, услужливо спросил:
— Может быть Вы желаете-с что-нибудь выпить. Есть крепленый портвейн, как водится, ставропольский, марки 666, да-да, эксклюзивный. Но ежели Вы привыкли к "трем топорам", то извините-с, закончились.
— Киш отсюда, позову, если нужен будешь, — Алиса сделала жест рукой в его направлении.
.
— Это мой помощник, не обращай внимания, — обратилась она к Семену, который разглядывал странного поца.
— Забавный. А что мне дальше придётся делать, имея деньги и девушку со спящими тараканами?
— Конечно же пропиариться, зафигачить чонить яркое, эпотажное, кстати, душегубство и расчлененка не требуется, этим другая 'студия' занимается
— Это радует.
— Может шоу-биз?
— Накладные генеталии на голове, гитара в руках? — Семен усмехнулся.
— Хотя нет, это уже не особо штырет. Надо такое нахуевертить, чтобы народ о тебе сразу узнал.
— Какие варианты, подскажи.
— К примеру, покрасить себя в коммунистический цвет, приделать к спине перескоп, на голову надеть армейскую ушанку и настойчиво поплавать у берегов Швеции. Шуму будет много, пресса, ТВ, там. Тебя выловят свейские погранцы, и вуаля, ты звезда.
— Хмм, хотелось бы по-безопасней что-нибудь.
— А вот, — Алиса увлеченно заерзала на стуле, — может тебе по-написать всякой хреновины, типа, откровений по мироустройству, эдакое евангелие от Семена, навербуешь адептов, ведь дефецита в ебанутых гражданах нет, затем объявишь себя мессией и подсунешь им свод правил, где будет расписано все, от утреннего построения, до всеобщих пенетраций. Ну, а Фиалка станет пинками принуждать их работать, на благо тебя. Думаю, это будет смотрибельно. — Алиса вопросительно посмотрела на Дудкина.
— Круто, только мне, блин, придется развивать ненависть к людям, ведь это обязательная черта характера, в данном случае.
— Ладно, время терпит, а позже я все учту, — подытожила она и вульгарно облокотилась на спинку стула.
— Было бы здорово, — он улыбнулся, и осознал, что уже пару минут тупо пялится на грудь Алисы. В этот момент Семен почувствовал, как её ступня дотронулась до его гульфа, мгновенно вызвав эрекцию.
— А ты, вообще-то, умеешь ухаживать за дамами? — Это произнесено было так, будто его собрались тестировать, — покажи. После этих слов, Алиса грациозно легла спиной на маленький столик. Её грудь оказалась около его лица, а тонкая паутина, которая служила платьем, растаяла окончательно.
  Семен не ожидал такого поворота событий, но справившись с волнением, застенчиво провёл языком по её соску.
— Дудкин, это не батарейка "крона", это объект поклонения, где экзальтация?
  Слова возымели действие, словно команда – фас. Срывая с себя одежду, он приник к её телу, губами и языком, жадно целуя и грубо лапая каждый сантиметр. И, естественно, не заметил подъехавшую к кафе скорую.
.
  Админ, подленько улыбаясь, встретил санитаров у входа, — ждем-с, ждем-с, скорее, странный он какой-то, эпилепсик наверно, а-то гляди и того хуже, половой маньяк. Я уж молчком с ним, ибо испугался, вдруг вред здоровью нанесет, или того хуже, мебель попортит. 
  С этими словами он проводил медбригаду в зал, где ребята увидели интересную картину: голый мужик целовал стол и хватал руками воздух, мотая эрегированной приблудой.
.
  Так Дудкин попал в психиатрическую больницу. Ему поставили диагноз, очень популярный в наших краях – белая горячка. Соответственно, лечили его, как по ГОСТу, прокапали мини - Яузу всяких физрастворов и угощали успокоительными таблетками. Доктора относились к нему внимательно, медперсонал, гуманно.
  Первое время Сема буянил, мотался на шторах, и даже уронил стулом санитара, требуя отпустить его в то кафе, к Алисе, но лечащий врач толково объяснил ему, отчего и почему такие встречи случаются. Подведя научное обоснование, а так же личные доводы, дескать, в нашем отделении у любого пациента по три Алисы на каждой улице. В итоге, Семен согласился, что это вывих психики и об этом лучше забыть. Через месяц курс лечения был пройден, и общество получило назад уже здорового налогоплательщика.
.
  После больницы он стал ко всему относиться с иронией. Устроился охранником. Спиртное почти не употреблял. Жизнь его не радовала, но и не била, превратившись в эдакий <<день сурка>>.
  Порой, он вспоминал ту встречу, хотя и осознавал, что это вымысел мозга после затяжного запоя, но все равно сходил в парк. Того кафе не было, его к октябрю демонтировали. Иногда, заметив в толпе девушку похожую на Алису, радостно спешил навстречу и, конечно, ошибался.
.
  В начале декабря, проходя мимо букмекерской конторы, он невольно остановился, в памяти всплыла турнирная таблица матчей, из той газеты. Поразительно, но Семен её хорошо запомнил, как школьник таблицу умножения. Он зашёл в контору и подумав: будь, что будет, сделал ставку. Ставка сработала и все последующие тоже.
.
  Новый год, Дудкин отмечал в Таиланде, вместе с Фиалкой, в миру – Татьяной. Да, он нашел ее в инете, можно сказать, невольно следуя совету Алисы, причём на счёт секса тоже. С деньгами у него проблем не было, и они решили остаться в Тае до весны. Все шло хорошо, лишь иногда ему становилось грустно, как будто от чувства недосказанности, и он уходил к прибрежным валунам, чтобы в одиночестве ещё раз вспомнить ту встречу до мельчайших подробностей.
.
  Однажды вечером, Татьяна ушла спать в бунгало, Семен остался лежать в гамаке у океана, тут до него донесся звук лёгких шагов, он не стал оборачиваться, решив, что это кто-то из обслуги, но вдруг ему на плечо легла рука и он услышал знакомый голос:
— Хай, айм, Мерелин.
Перед ним появилась улыбающаяся Алиса, — шучу, привет, Дудкин. У нас хороший рейтинг, как сам?
Семен закусил губу, чтобы сдержать эмоции.

(звиняйте за много букв)