*****
Ипполит стоял у трансформаторной будки и курил. Просто курить было скучно и он выдувал дым на снежинки, пытаясь растопить их на лету теплым дыханием. Но снежинки не таяли и Ипполит даже хотел поразмышлять на тему: "А почему?", но услышал шаркающие шаги. Так обычно ходил Мотька, его старинный друг с детства, когда выносил мусор. Напяливал дома батины ботинки, которые он неинтеллигентно называл "говнодавами" и, не завязывая, стаптывая задник, шоркал по двору.
Ипполит прижался к стене, чтобы его не было видно и стал прислушиваться, чтобы вовремя выскочить и напугать дружочка.
— Ваши документы - выкрикнул Ипполит, когда шорканье было в нескольких сантиметрах от угла будки
— Блядь — вырвалось у Мотьки и из рук выпал мешок. Ипполит громко засмеялся.
— Мотька, блядь, ты бы видел лицо свое. Ты че? Наркотой банчишь?
— Ипполит, блин. Придурок ты — обиженно пробурчал Мотька и присел собрать высыпавшийся из мешка мусор. — Какая наркота? Ты че, вообще дурак чтоли? Я траву-то курил один раз "на картошке" в фазане.
— Дак потому что ты такие шары выпучил, когда я документы спросил, как будто ты или убийца или наркоты полный мешок тащишь. Ойййй, я не могуу — Ипполит опять закатился диким смехом. Мотька сопел, собирая скарб, который только что нес на помойку.
— Че там у тебя? Целый мешок тащишь. Неделю не выносил что ли мусор? — Ипполит подуспокоился и присел рядом, доставая новую сигарету.
— Да мамка с папиком генуборку замутили перед Новым годом. Я уже третий мешок вытаскиваю с обеда. Разошлись не на шутку. Причем матушка-то вообще большую часть не хотела выкидывать, но пахан седня жесткий, болеет со вчерашнего и все готов выкинуть. Башку б выкинул лучше б свою.
— Слушай, Мотя, а в этом же чето есть.
— В смысле?
— В коромысле! В том, что папик твой решает выкинуть все из дома. Вот че у тебя тут? Это че? Рваные трикошки какие-то. В них, наверное, трое померли. хахах. А это че?
— Да игрушки старые, елочные, я их с детства помню еще.
— А щас то че вешать будете?
— Так как че? Давно же новые купили, а эти в кладовке так и стояли, коробка целая. Пахан ржал, что там, наверное, уже тараканы несколько поколений пережили. — Мотька стал ковыряться в мешке. — Это вот старая подшивка журналов "Юный техник". Тоже уже лет 10 ругались выкидывать нахер или нет. Все жалко было. Или вот — сумка дорожная. Уже давно чемодан есть, а эта вся рваная дак лежала лет 6. Я еще днем пылесос выкинул, такой в 90-х был "Буран", помнишь? Такое ощущение, что килограмм пятьсот весит.
— Ага, блин, пятьсот. Тыщу, Мотя. Я все понял. Синдром очищения жизни это.
— В смысле? Про пылесос?
— Нет, Мотя, в целом. У нас видишь, как повелось в жизни. Каждый новый год мы очищаем свою жизнь. — Ипполит с корточек сел на задницу. Пофиг, что снег. Поправил рукой шапку — на лоб приподнял ее и затянулся. — Вот так вот. Каждый новый год мы мечтаем, что все будет хорошо, Мотьк. Для этого надо выкинуть пылесос, трикошки и "Юного техника". — Ипполит стал говорить с паузами, глядя в горящий во дворе фонарь. Включался философ. — Так и живем, Мотя. Считая, что можно изменить жизнь, выкидывая старый хлам. А это ведь не так, мой друг. Это, Мотя, не так... Весь хлам у нас в головах.. А вот как его выкинуть оттуда, ученые на западе (да и у нас тоже) пока точно не придумали... Чет грузанул ты меня.. Пойду я. С наступающим, друг, завтра созвонимся.
Ипполит встал, отряхнул с жопы снег и ушел в сторону дороги.

(с) 2014