В своей книге 2012 года об африканцах в Китае Адамс Бодомо, лингвист, в то время работавший в Гонконгском университете, предположил, основываясь на своих личных расчетах по тому, что он видел на улицах Гуанчжоу, число африканцев в городе будет не меньше 100 тысяч. После почти двух лет моих похождений в чёрные кварталы Гуанчжоу я сомневаюсь, что там может находиться более 10 000 африканцев, проживающих на постоянной основе, легально или  нелегально.  Если посчитать всех тех, кто постоянно перемещается между Африкой и Китаем, или каждого чернокожего в Гуанчжоу, независимо от его статуса, то можно насчитать и 20 000, и 30 000 голов, но это не важно, учитывая быстротечность их пребывания в городе. Большинство из них обычные челноки.

    Дора не была челночницей. Настоящая полнокровная африканка из Мали с большим жизнерадостным задом и увесистой грудью. В 2013-м Доре кажется было 38. У неё были густые курчавые волосы, странно убранные наверх и залаченые так, что походили на головной убор гусара. Чтобы не испортить причёску во время работы головой, она надевала цветастую вязаную шапочку. Дора всегда была уставшей, возможно из-за лишнего веса, а возможно из-за безысходности женщины, лучшие годы которой остались в далёком прошлом. Ладони её были такого же цвета как и мои, но в других местах кожа была идеально чёрной. Такие негритянки водятся  только в самых экваториальных зонах Африки. Тотальная «чёрность» разжигала во мне похоть, основанную на расовых предрассудках, которых, к слову, у меня никогда не было, но которые я сознательно в себе взращивал.

    Не секрет, что спариваться с африканками категорически не рекомендовано, а давать в рот можно только в презервативе. Этим мы всегда ограничивались, но каждый раз в завершении процесса я снимал презик и кончал Доре на грудь. Она безучастно смотрела, затем, придерживая большие отвисшие сиськи, вставала и в развалку шла в душ. Дора мыла только грудь и шею, стараясь не намочить волосы. Этот процесс меня завораживал. Пару раз Дора  громко пердела, совсем не стесняясь меня, так что я искренне смущался. Но похоже, я даже стал ее больше уважать за непосредственность.

Обычно я давал Доре 100 юаней, но в тот  раз пропил все деньги. Она пошла в душ, а я решил валить - быстро оделся и вышел, тихо прикрыв входную дверь. Выходя из подъезда, я услышал крик Доры из ее каморки на третьем этаже.

- You’re fucking motherfucker! (Дальше ругань на французском.) I’ll kick your ass! - она высунулась из окна голая по пояс и бросила в меня батат.

Я едва увернулся и, смеясь (батат звонко разбился  об асфальт), зашагал прочь из чёрного квартала, чувствуя стыд и веселье. Пройдя пару улиц, вновь услышал крик Доры - она бежала за мной, и довольно быстро, в одних трусах и футболке. Я тоже пустился бегом мимо сидящих  под фонарями печальных негров. Никто из них и не думал меня остановить и выяснить в чем дело. Всем было по хуй. Негры вообще ведут себя в Китае очень тихо, избегая любых конфликтов и встреч с копами. Уйдя от погони, я прыгнул в такси и помчался в темную субтропическую ночь.


Прости меня, знойная малийская блудница, если сможешь! Вдруг ты это прочтёшь…