По-моему, тут уже все высрались на тему терроризма - вся геста завалена мнениями, было несколько креативов, в которых падонки в основной массе осудили массовое убийство обычных людей, таких же, как и сами падонки. Конечно, это западло - прийти на работу и из окна офиса увидеть, как двадцатью этажами ниже тебя в небоскреб врезается самолет, после чего успеть позвонить своей любимой и сказать, чтобы к ужину сегодня уже не ждала, сказать ей последний раз "Целую тебя, не грусти", ощущая вибрации рушащихся несущих конструкций, а потом...

Врезка: поздним вечером под проливным дождем по загородному шоссе летит красная машинка. Фары сверкают жестким галогеновым светом, низко гудит тюнингованная система выхлопа. Машинка мчится по разделительной полосе, вздымая тучу брызг, встречные и попутные машины шарахаются в разные стороны. Скорость колеблется от 150 до 180 км/ч. В машинке сидят парень и девушка. Они знакомы третий день, эйфория, легкое алкогольное опьянение, они влюблены друг в друга. Его рука лежит на ее колене, она перебирает его волосы, обнимая за шею. Шкалы электронной панели полыхают зеленым и красным, двигатель поет густым голосом солнечной Италии, дворники сметают со стекла ломанную пелену дождя... Парень отдает себе отчет, что первая выбоина в асфальте бросит машину на встречку и превратит обоих в фарш, и не поможет низкопрофильная резина и тормозные диски увеличенного диаметра - все произойдет за доли секунды.

- Ты боишься умереть?
- Нет... Я боюсь физической боли. Я хотела бы умереть безболезненно.
- Возможно, так и будет, если мы не снизим скорость.
- Я тебе доверяю... Но знаешь... Если бы я погибла, мне было бы жалко моих близких... Боль потери - это ужасно.

Ее слова - чистая правда. Сама по себе смерть не страшна. Но что будет с близкими? Как переживет это мама? Каково будет твоей любимой (или любимому)? И ты ничего не можешь сделать, ты видишь, как линия горизонта качается, а потом начинается падение. Удар - и все исчезает... А близкие остаются в этом мире, и им нести в себе эту боль - сколько? Наверное, никогда не удастся смириться с потерей, и это ужасно - жить и чуствовать, что твое сердце болит.

Так вот, дорогие мои. К чему все это? А к тому, что факт остается фактом - люди погибли, близкие не находят себе места и не могут осознать происшедшее... Я искренне соболезную им, и это не пустые слова. Я знаю, каково терять близких, но ничем не могу помочь, только сопереживать вместе с ними, делить эту боль. Я не помогу им этим, но когда тебе плохо, рука поддержки - это как мостик на другой берег через глубокую и бурную реку боли и тяжести утраты.

Но об этом сказано много. Следуя своим правилам, я хочу вам задать вопрос - а подумали ли вы, что будет дальше? Не в том плане, что Афганистану объявят войну. Что изменилось в мире после происшедшего? Не замечаете ли вы, что у цивилизации христианства - лидирующей на данный момент на Земле, появился смертельный враг в виде Ислама? Вы не попытались задумать, что принесет это каждому из нас?

У меня историческое образование. Вернее, отличная историческая подготовка, потому что мой ВУЗ специализировался на истории, хотя я учился на программиста, и дрючили нас по истории мировых цивилизаций так же, как и по дискретной математике. Так вот, самые страшные войны в истории человечества - это цивилизационные войны. Когда дерутся не за высоты и территории, а ради уничтожения одной цивилизации в пользу другой. Потому что обоим вместе им не ужиться. Я крайне опасаюсь войны христианства с исламом, потому что это будет ужасная и кровопролитная война. Нам придется отвергнуть все ценности нашей цивилизации ради победы в ней. Придется убивать женщин и детей, сжигать деревни, уничтожать памятники культуры, потому что двоим на одной Земле не выжить. Фашизм покажется детской игрой. И не будет страшно умереть, будет страшно за своих родных - как они переживут это?

Бросьте свои отмашки - мол, пусть воюет НАТО и Европа, а мы отсидимся. Какова историческая миссия России? Не знаете? Буфер между исламским и христианским миром. Что это значит? То, что России придется отдуваться за всех. Да, нам помогут, но что-то сдается мне, падонки, что мы с вами как никогда близки к реальному воплощению романа "На западном фронте без перемен". Кто знает, может быть сейчас мы здесь с вами глумимся над пидарами, а через два года я буду сидеть в окопе где-то в Средней Азии и делить свой паек с каким-нибудь падонком из Перми, например. А наутро один из нас погибнет. Как мы пройдем через это? Превратимся еще в одно потерянное поколение? Будем прикрывать цинизмом осколки прекрасного, которые будут напоминать нам о том, что когда-то мы были просто беззаботными падонками, которых интересовали только срачи в гесте и проблема распространения пидароф на контаркультурных ресурсах?

Хоть убей, но я чуствую, что мир катится к большой мясорубке, и только чудо сможет предотвратить эту Последнюю Войну. Талибы уже объявили Джихад, они ее уже начали. Хватит ли нам - представителям древней христианской культуры, ума для того, чтобы не превратить карательную операцию в войну цивилизаций? Можем ли мы довериться Америке, которая вообще понятия не имеет о том, что она затевает? У нее много сил, но никаких исторических корней. А я жопой чую неладное - ведь русские всю дорогу пиздились с азиатами. Я подозреваю, что мне, возможно, придется перерезать горло сынам Магомета. Вместо того, чтобы ебать мозги пачтеннейшей публике и пытаться научить вас глядеть на вещи не самым тривиальным образом.

В пизду блять! Усирайтесь сколько влезет - а я смотрю на три шага вперед, и мне стремно. Я не уверен в будущем. Группа крови - на рукаве... Где мы будем через пару лет?

Идиолаг нах
idiolag@hotmail.com P.S. И парень, и девушка из красной машинки в тот раз остались живы. Благодаря этому сейчас вы читаете мои креативы.