- Мама, ма-а-а-а-ам, ты дома? – Таня забежала на кухню и сразу же выскочила обратно в коридор. – Ма-а-а-а-а-ам! Ты где?
- Я тут, доча! – раздался из спальни голос.
- Мама, ты представляешь, у нас сегодня дискотека вечером в школе! Можно я пойду? – Таня просящим взглядом смотрела на маму и ждала ее решения. – Мамочка, ну пожалуйста, я знаю, что ты меня не хочешь пускать, но я так хочу пойти, я ведь еще ни разу не ходила. Ну, пожалуйста, мамочка…
- Ну хорошо, - Ольга Николаевна выключила телевизор и внимательно посмотрела на свою дочь, - я разрешаю, но чтобы в десять ровно была дома!
- Ну, ма-а-а-а-а-а-а-а-а-ма, ну пожалуйста, ну можно хотя бы до пол одиннадцатого! – Таня готова была заплакать. – Людке мама вообще разрешает до одиннадцати, ну ма…

После согласия мамы Таня убежала в свою комнату и сразу же принялась прихорашиваться, чтобы выглядеть вечером «на все сто». Разумеется, она обманула маму – никакой дискотеки в школе не было да и не могло быть – в школах не проводят дискотеки по средам. Просто сегодня она шла на день рождения к Нему! При вспоминании о Нем, Таня почувствовала млостную тяжесть внизу живота и дрожь в коленках. Эта дрожь ей была приятна. Она присела на свою кровать и начала вспоминать те сладкие минуты общения с ним, когда они гуляли по парку, обнимая друг друга и ели мороженное, заглядывали друг другу в глаза, целовались на лавочке возле фонтана… «Ах, как же я его люблю!» - Таня отвлеклась от своих мыслей и продолжила «наводить марафет»…


- Саня, ты помнишь, что у тебя сегодня последний день? – Слава стоял у окна комнаты и смотрел на товарища с ухмылкой, - если не выебешь ее - выставляешь поляну, как договаривались.
- Не сцы, все будет нормуль. – Саша отвлекся от поисков чистых трусов и посмотрел на Славку, - это тебе проставляться придется.
У них был спор, самый что ни на есть настоящий мужской спор «на деньги и на поляну». Эта идея пришла в голову спонтанно, и никто не мог сейчас уже и вспомнить толком, кто первым предложил этот спор. Но о нем знала вся общага и делались ставки. Сейчас было два к одному, что Саня все-таки выебет это малолетнее уебище, но те, которые поставили против Санька тоже были уверенны в своей победе, они были уверены, что студент-первокурсник, приехавший из провинции, не сможет справиться пусть и с малолетней, но все же коренной столичной жительницей…


- Привет! - Таня излучала улыбку, - с днем рождения тебя! – она поцеловала Сашу и протянула завернутый в упаковочную пленку подарок.
- Спасибо, Танюша. – ответил Слава. – Ну что, пойдем?
- Куда?
- К нам, мы там с ребятами в общаге стол накрыли, пивка прикупили, есть вино. Посидим, выпьем.
- Ой, а может лучше в кафе? – Таня просящее посмотрела на Сашу.
- Ну неудобно же – люди собрались, ждут именинника, а меня нет – ответил он, а сам подумал: «Вот ебнутая!»
Поднявшись на шестой этаж, они вошли в очень накуренную комнату, где сидели «друзья Саши» и «праздновали день рождения». «Друзья Саши» - это обитатели общаги, которые сделали самые большие ставки.
- Познакомьтесь, это Таня, -  Саша обратился к присутствующим. Парни оценили Таню и вернулись к своему занятию – поглощению деревенского самогона, который был привезен Сашей из дому…

- Саш, мне домой пора домой, - захмелевшая Таня уже плохо соображала, но взглянув на часы, вспомнила, что ей нужно быть дома пол одиннадцатого.
- Танюш, еще немножечко посиди, ну капельку – Саша просящее посмотрел на нее и поцеловал, - а может лучше пойдем в другую комнату?
- Зачем? – Таня посмотрела на любимого.
- Неужели ты не понимаешь? – в Сашином взгляде читался укор.
- А ты меня будешь любить после этого?
- Конечно, мой маленький – Саша взял Таню за руку и повел в соседнюю комнату - «дежурную 327», как ее называли в общаге…

- Сашенька, а мне не будет больно? – Таня посмотрела на Сашу, снимая трусы.
- Нет, ну что ты, может самую малость сперва, а потом все будет замечательно – он уже не мог терпеть и хотел побыстрее вставить ей. Ему было уже насрать на спор и все остальное, он просто хотел выдрать эту восьмиклассницу прямо сейчас и прямо здесь.
-  О-о-о-о-о-ой! Не так быстро, мне больно!
- Молчи, сука! – Саша со всей силы вталкивал свой член в пизду, - завали ебало! Он сделал еще несколько глубоких толчков и кончил…
- Это все? – Таня смотрела на Сашу заплаканными глазами. – Все? – переспросила она недоуменно глядя на него.
- А что ты хотела? – Саша со злостью посмотрел на малолетку, - кина насмотрелась?
- Но я хочу еще!
Сашу это требование поставило в тупик.
- Ты ведь только что говорила, что тебе больно!
- Все равно хочу, мне девочки рассказывали, что это только первый раз больно, а потом очень даже приятно, ну пожалуйста, ну Сашечка… - на Таниных глазах блестели слезы.
- Но мне нужно немного отдохнуть! – Саша не знал, что делать…


  В течении следующего часа в «дежурную 327» по очереди заходили «друзья Саши». Выходя из комнаты, они недоуменно пожимали плечами, и каждый говорил одну и ту же фразу: «Она хочет еще»… Через два часа под дверями 327 собралась целая толпа народу – весть о девочке по имени «еще» мигом облетела общагу и каждый мало-мальски похожий на мужчину пацан бежал стремглав на третий этаж, чтобы выебать ебанутую восьмиклассницу, которая хотела еще…

В три часа ночи Таня отключилась, а когда ее откачали, дав понюхать нашатыря, первым ее словом было слово «еще»… Охуев от такого поворота событий и, откровенно говоря, испугавшись, первокурсники отволокли еле дышащее тело на троллейбусную остановку и аккуратно положив на лавочку, быстро ретировались в общагу…


Через две недели Харьковская государственная телерадиокомпания транслировала сюжет о пожаре в «хаевской восьмерке» - восьмом общежитии Харьковского авиационного института. Съемочная группа брала интервью у изумленных прохожих, которые видели, как молодая девчонка в пылающей одежде выбежала из горящего здания, остановилась и, повернувшись лицом к общежитию и посмотрев куда-то вверх закричала: «Ещ-е-е-е-е-е-е-е-е-е!»