В Устюжне всё проходит красиво, телевидение уже ждут, накрыт стол и собраны все передовики и коммунисты. Даже несколько комсомолок с блядскими лицами и в миниюбках. После съёмок все бухают по старому русскому обычаю и закусывают всякими вкусностями. Самой вкусной едой оказался ещё тёплый ржаной хлеб с натуральным сливочным маслом и солью. Ну и ещё, конечно, хотелось засадить какой-нибудь комсомолке.
Застолье ещё не окончилось, а осветитель уже толкает Вована в бок.
-Пошли на дело.
Ему надо купить гандонов, так как без них жена ему не даёт. Народ тогда был очень тёмным и не понимал, что трахаться можно и в другие дырки. Серёга ищет гандоны во всех городках, где мы бываем, но их нигде нет. Дефицит.
Заходим в аптеку. Серёга подходит к молодой аптекарше и тихо спрашивает:
- Изделие №2 есть?
- А что это такое?
- Презервативы есть?
- Не поняла.
Тогда Серёга уже во весь голос.
- Гандоны есть?
Девчонка вся красная. Вовану её очень жалко стало, захотелось даже обнять и пожалеть. Может даже поцеловать. Но тут  подбегает толстая тётка в белом халате и с шикарной волосатой бородавкой.
- Что вы пристали к практикантке, она же не знает что это такое. И у нас их давно нет.
Вован сделал удивлённое лицо и спросил:
- А как же вас ваши мужья топчут? 
Серёга начинает тихо ругаться, типа объездили всю область, снимаем всякую херню, а надо снять сюжет про аптеку, в которой для советских граждан нет ни одного гандона.
- А вы с телевидения?
- Да.
Она делает заговорщическое лицо, уходит куда-то вглубь заведения и возвращается с бумажным пакетиком.
- Десять штук из личных запасов. С вас двадцать копеек.
Так Вован столкнулся с вопиющим проявлением блата.
Серёга был счастлив, всю дорогу домой он с загадочным видом смотрел в окно. Наверное, строил планы предстоящих подвигов на ниве половой ебли. Вован его даже маленько подбодрил:
-Серёга, ты это, сразу все гандоны не расходуй, ты их экономь. Это ж как патроны в последнем бою. И, вообще, мне говорили что их можно стирать, сушить и использовать повторно. А чтобы резина не скрипела можно смазать вазелином.
Серёга ничего не ответил, ему было не до того.
Доброе тогда было время, для счастья хватало десятка презервативов со знаком качества и проверенных электроникой.
По приезду в Череповец Серёга сказал:
- Вован, завтра суббота, я играю на танцах на летней эстраде. Приходи с дружком – проведу.
- А хули не сходить, решили Вован с корешем Серёгой.
И с самого утра в субботу начали готовиться к предстоящему мероприятию. Купили пакет картошки, пачку маргарину, буханку хлеба и шесть бутылок «биле мицне» по рубльдве. Не идти же на танцы голодными.
К вечеру Вован с Серёгой надели свои  драные джинсы и приталенные полосатые рубахи и, гордо подняв головы, как и полагается почти столичным парням, отправились чтобы отдаться в чьи-нибудь ласковые руки. Серёга Осветитель провёл на площадку, и процесс пошёл – их сразу же сняли две подружки. Серёга был малость пониже Вована, к нему подошла крашенная блондинкой казашка, сделала какой-то дурацкий полупоклон и потащила его в круг танцующих. Вован же статный парень 1860 милиметров роста,  с круглой рожей и нахальным взглядом, липнущим к девичьим прелестям. К нему подошла девица почти такого же роста в клешах сантиметров 40. Клеши путались, поэтому она при ходьбе широко загребала ногами в стороны. Роста своего гренадёрского она явно стеснялась, поэтому сутулилась. Она взяла Вована за руку и низким прокуренным голосом заявила.
- Пошли.
Отойдя пару шагов в сторону, она заключила Вована в сильные объятия, просунув свою сутулую голову ему на плечо. Причём, голова легла настолько далеко, что казалось, будто она хочет рассмотреть вованову задницу.
Танец закончился, дамы проводили парней и встали рядом, вытащили по беломорине и смачно закурили. Сделав по паре затяжек, начали знакомиться.
- Пацаны, вы откуда?
- С общаги на Гоголя.
- Зашибись. А мы с общаги «Чайка». Сегодня идём к нам в гости.
И мило так, словно два нильских крокодильчика, улыбнулись.
Про общагу «Чайка» мы были наслышаны.  Там жили «химички». Они курили беломор, окурки складывали в консервную банку из под бычков в томате, которая всегда стоит у них на столе. А пили исключительно водку. Попавшим к ним парням они перевязывали ниткой яйца и ебли их потом всей общагой. В общем, девочки были весьма креативные.
- Не, девочки, мы к вам не пойдём, нам нельзя, мы триппер лечим.
- Да не боитесь, мы вас не съедим.
Но ебаться со всей общагой парням в этот вечер совсем не хотелось. Они взяли и перешли в другое место. Девки следом.
- По-моему, пахнет жаренным, подумали Вован с Серёгой одновременно, и начали разрабатывать план бегства. А тут как раз танцы кончились. Вся толпа ринулась к выходу, давка жуткая. Пацаны со всех сил вклинились в толпу, но девки ухватили их за ремни и не отставали. Но всё девки не удержались, толпа их куда-то оторвала и они в ней потерялись. Так Вован с Серёгой спаслись от позорной смерти через изнасилование в женском общежитии.
А тут и практика окончилась.
- А ну его нахуй, этот Череповец – сказали Вован с Серёгой и купили билеты в общий вагон поезда Вологда-Ленинград. Общий вагон это такой скотовоз, куда продаются билеты без мест. Билетов обычно раза в три больше чем сидячих мест, поэтому план был такой: Сейчас лето и окна должны быть открыты. Поезд подходит, Вован подсаживает Серёгу в окно, тот влезает и занимает две верхних полки. Пока толпа сметает всё на своём пути через тамбур, Вован подаёт Серёге в окно сумки и следом влезает сам. Осталось дождаться поезда.
Вована провожала Людка. Людка это престарелая видеоинженерша 27-и лет, которой давно пора было замуж хоть за кого, хоть за студента. Вована она соблазнила двумя бутылками портвейна за якобы оказание помощи в настройке магнитофона. Вован, канешна, таких старух не ебал, но на портвейн позарился и последние три недели прожил у Людки. Почти привык, иногда даже имел наглость отказываться от ебли.
Сейчас Людка стояла рядышком и проливала обильные бабьи слёзы, которые, наверняка как и все прочие бабьи переживания, были ненастоящими. Но так как Вован был джентельменом, он говорил ей ласковые слова:
- Да не переживай ты так, фигня какая. На следующий год опять приедут студенты. Я узнаю кто поедет и скажу чтобы сразу подкатывали к тебе.
Она сказала Вовану что он дурак, что она по-честному любит и сунула ему в карман джинсов бумажку с адресом.
- Напиши мне письмо. Но только обязательно, я буду ждать.
Наверное, ждёт.