Летела птица,
Мир кружился.
Пустой.
Все умерли.
Уж третий день
уже не брился,
не важно было.
Я живой.

Как образ первых и последних,
рабов, ученых, королей,
стою я в порваной рубахе,
на кладбище земных страстей.

Теряю смыслы постепенно,
перехожу на красный я,
бреду по улице с портвейном,
на хуй свой жалостно глядя.

В кусках гранита созерцаю,
надежды, веры и мечты.
большие - я переступаю,
пинаю мелкие понты.

куда пойти, чему учится?
кому платить мне за блядей?
кому доказывать кто пидар?
как одиноко без людей...