В пустыне мрачной и скупой, огромный - просто охуенный -
Хуяра, скрытый волоснёй, лежит на почве опаленной …
Незыблем, испокон веков взирает он на мир с печалью.
Что стоят миллионы слов в сравнении с его молчаньем?
Над ним не властно время, тлен не тронет никогда залупу,
Хуй не боится перемен и катаклизмов самых крупных.
Миры родятся и умрут, а Хуй останется навеки.
Тысячелетия пройдут и высохнут забвенья реки -
Лежать он будет недвижим, из Вечности на мир взирая,
Монументально нерушим, тревог и горестей не зная.

А мир несется в никуда, века мелькают как мгновенья …
Мы не постигнем никогда секрета мира сотворенья.
Наш путь неведом, наш удел - лишь потакать своим порокам,
И результаты наших дел текут блевотины потоком.
Мы копошимся как клопы в говённой куче наших будней,
Самовлюблённы и тупы … Стремимся стать ещё паскудней,
Не зная сами нахуя, везде суём своё ебало,
Против течения плывя в потоке собственного кала …

А на другом краю земли лежит гигантская пиздища,
И с хуем, что в такой дали, они в мечтах друг друга ищут.
И в этом есть великий смысл, надежда их питает силы,
И звездный ветер треплет их и развевает волосины.
Им предначертано судьбой дождаться встречи вожделенной,
А после … снова ждать другой, живя надеждой невъебенной.

И воля их вращает мир …