Я боюсь старости и одиночествава. Мой менеджер боится бесплодия. Моя сестра боится рака крови. Сосед— переходить улицу. Кошка— собак. Мой потолок боится обвалиться… Но мы—счастливчики. Он  боялся идеального. То есть ненавидел до такой степени, что пытался разрушить это всеми доступными и совершенно недосягаемыми способами… Он не мог пройти мимо идеальной поверхности Онтарио во время июньской свежести и не бросить пустую бутылку идеально сбалансированной кока-колы light в озеро. Когда он, заходя в общественный туалет, видел идеально напидарасенный кафель, его полностью поглощало непреодолимое желание насрать посреди зала; или на худой конец, при неблагоприятном стечении обстоятельств, нагадить мимо унитаза и размазать это ёршиком.
Но дело не в этом. То есть не в говне размазанном по полу…
Дело, стало быть, в том, что этот ублюдок допустил оплошность. Даже нет, губительную ошибку. Влюбился.
Дело, собственно, и не в этом. То есть не совсем в этом.
Да…
В чрезмерной идеальности отношений…
Пьянки. Измены. Постоянные угрозы самоубийства.
Не помогло. Чересчур идеальные отношения.
«Ты ссука мне жить не даёшь я так не могу хочу но нет сильнее меня получай не могу дышать из-за тебя страх страх сстрах …»
Столярный молоток с каждым разом погружался всё глубже. Обломки черепа отлетали всё дальше. Лужа крови становилась всё больше. Стоны были слышны всё хуже. Дышать было всё легче, и легче, и легче…
Теперь он был спокоен.
Стены камеры. Неидеальны….