Этим прекрасным солнечным теплым утром, выходя из подъезда, я встретил ЕЕ. Я буквально споткнулся об нее. Мой взгляд намертво застыл в ее маняще-зазывающих колдовских глазах небесного цвета. Я физически чувствовал, как с каждой секундой я все больше ухожу в ее глубину, погружаюсь на самое дно.
  Она была как будто из другого, сказочного, нереального мира. Как будто я совершенно неожиданно наткнулся на слиток золота на зассаном и заплеванном бетонном полу подьезда. Ее блеск заслепил мои глаза, затьмил разум и завладел моей душой.
  Я потерял дар речи и мое тело впало в ступор. Медленно и неосознанно, делая короткие мелкие шаги я подошел к ней ближе, понимая, что обратного пути нет. Нет возврата, обратной дороги, нет выхода. Вся иоя жизнь до встречи с ней бессмысленна и бестолкова.
  Я присел рядышком, приобнял ее за талию. Меня бросило в жар, по телу пробежали мелкие судороги, мозг обожгло лавиной желания а сердце взорвалось на тысячу мелких частичек и сложилось в целое вновь. Я пытался что-то произнести, но из-за пересохшего рта и дрожащих губ так и не смог.
  - Элизабет… - тихо шепнула она все поняв.
Элизабет!!! Потрясающе!!! Я пришел в неописуемый восторг. Какой вкус! Какая изысканность! Весь мир в этом имени!!!
  Поднявшись с пола и взявшись за руки мы вышли из мрачного, вонючего подьезда навстречу солнышку. Солнышко было очень теплым и ярким, очень приятно по весеннему грело, и я знал, что отныне оно светит только для нас двоих.
  Неприятный блик ударил мне по глазам и я все решил. Мы подошли к стоящей возле подьезда на бордюре новенькой “Тойота Прадо”, которая отсвечивала на солнце тонированными стеклами и противно била по глазам. Из внутреннего кармана я вынул связку ключей, и самым большим из них огромными буквами посреди капота выцарапал “НАХУЙ”.
  После этого бросил связку рядышком под решетку водозаборника. Туда же отправил портмоне с паспортом, водительским и служебным удостоверениями. Туда, в бурлящую, воняющую глубину прошлого, темного небытия. Бумажник с 5 тыс. долларов и стопкой кредиток несомненно заслуживал гораздо большего наказания. Скомкав несколько купюр и сложив на асфальте на бумажник кучкой поджег их.
  Мы с Элизабет, держась за руки, упоенные щастьем с нежной трогательной улыбкой смотрели как резвый огонек расплавленного пластика перебирается на задний бампер и колесо джипа. Надоевший галстук я тоже отправил в огонь, что-бы поддержать его в стремлении добратся до бензобака…
  Итак, последний штрих. Я снял пиджак, вывернул его и одел наизнанку. С разгону упал на цветочную клумбу, с которой совсем недавно сошел красивый белый снег, под которым сейчас оказались горы окурков, бутылок и жутких человечих и собачих испражнений. Вдоволь выкачавшись в этом коктейле я поднялся, и наконец-то смог произнести первое и главное за все время:
- Элизабет, я люблю тебя!!!
  Она лишь нежно улыбнулась, без слов взяла меня под руку, и мы отправились в наш новый, прекрасный, неизведанный мир… в сторону городской свалки…

…это Весна… …это ЛЮБОВЬ…