С нибальшим апазданием, што не удивительно для этой нацыйи, к нам на связь вышла бухая в рептилию прецтавительница Проебалтики из сталичнава горотка Рига. Именна в этом  гораде, родине ручнова тормаза, медленно растваримава кофе и абезбашенных улиток-стритрэйсероф, праживает это афициальное летсо свикольнава самогона са сваим петомцем. Погоняло летса не разглашаеццо в инересах слецтвия, но ходят слухи, што ие, как и фсех астраумных девачек, радившихся от латышки и малдаванина, назвали па старой традицыйи Хазинагуль, штобы ни с кем не перепутать. А для друзей она – просто Гуля.

  Дело ф том, што 24-летняя Простогуля на прошлой неделе паскребла у сибя па сусекам и сдала ф пункт приема стеклотары двадцать ясчиков пустых бутылок. На вырученные денежки она купила на базаре пару батлав недостаюсчих в арганизме витаминов касарылавки и попиздовала на хаус. Но возле дома к ней доебался пацаненок с трехметровой змией:
  – Тетя, тетя, купите ужика! Я от поезда отстал, деньги нужны. Хороший ужик, ласкавый. Тапачьки приносит, мышей ловит, в лоток сам ходит. Еще писю лижет, если сметаной намазать.
  – А пачему он такой бальшой?
  – Сметаны много ел, – зосмусчялся мальчонка. – Да и чирнобыльские мы. На лечение приехали, – всхлипнул продавец и пригладил топорщащиеся на галаве жабры семнадцатипалой ладошкой.

  Гуля разжалобилась и на аставшыеся деньги приобрела змеюку, каторая, па всей видимасти, действительно праизашла от ужика, выебаннава анакондой. Дома Гуля наебнула пару рюмак питидесятиградуснава свекольника на брудершафт са змеем и палезла к нему цылавацца. Змей сжал новую хазяйку в абъятьях, раззявил настежь пастюку и патихоньку начял натягивать сибя на Гулю, как гандон на глобус. Но, дайдя до хазяйских ушей, застрял, саабразил, што такой тушкой он разарвет сибе фсе ебало по самую жеппу, и атпустил бухой хавчик падышать.
  – А ты страстный, Фунтег! – такое падзывало дала хазяйка рептилии, кагда отодрала ие ат сибя. – Пусть у нас сиводня всьо будет как у людей. Мне хочецца рамантики. Паехали в горад, в ресторан!

  Пока расстроенный питон молчя срал на кавер, Гуля ужэ набирала номер тилифона такси.
  – Алле, такси? За три лата с площади Нацизма до ристорана «Освенцим» я с вами доеду?
  – Это не такси, это полицыйя. 
  – Да пиздуницыя вы, а не палицыйя. Просто за три лата везти не хатите. 
  – Прихадите к нам и убедитесь. Улица Адольфовская, дом 3, кабинет 8, налево от пыточной, – вежлива сказали ф трупке. 
  – Дык это же рядом! Щяс буду. Я вам, халдеям, устрою блядь Финскую вайну в пампасах. Вы миня палюбому атвизете, – Гуля дапила косорыловку, наматала на сибя питона и направилась на разборки. Грозно нопевая по слогам латвийскую народнуйю песню «Довайте, делать паузы ф словах», она присайгачила в палицейский учясток.   
 
  – Ахуеть, а вы внатуре легавые! – радастна удивилась Гульчятай, кагда пришла па указаннаму адресу и увидела в кабинете четверых хмурых палицаев, каторые тоже сильно ахуели ат такой фстречи. – Так хто тут из вас разъебаев три лата заработать хочет? Паехали в ресторан на бобике!
  – Ибать вас в коньки, мадам, да вы же в дрова! Вами в городки играть можна! Отдайте змею нам, мы о ней позаботимся, – загалдели аднаврименно палицаи, как деревенские малдаване в лифте. 
  – Не отдам. Это уж-пиздолиз, а не уж-говнолаз. Он геятину в пагонах не любит. Фунтег, фас! Куси их, куси! – кинула она змею в служитилей парятка и попыталась скрыцца на хромом съебаторе. 

  За такие шютки Гулю догнали, нимнога падрихтовали фюзеляж и бисплатно сделали касметический римонт ратавой поласти. В результате, у ние ва рту стало свитло и прасторно, а прахаждению кислорода типерь не мешают лишние зупцы. Пока, правда, Гуле труднавато дышыцца с поломанными ребрами, но к таму времени, кагда ана выйдет ис тюрьмы за нарушение правил садиржания жывотных, она сможэт дышать воздухом свабоды полной хрудью и сматреть на сваиво Фунтега черес клетку в зоопарке.   

http://lenta.ru/news/2013/07/09/snake/