Обдулла Махамед из Нигереи, чернажопый маг и валшебнег беспесды, в сваи  20 лет был уже признанным афтарететом. Его магущество паттвердил патентом сам вождь племени кагда Обдулла, придя к нему в хижену, явил при праверке истенное чюдо. Па требаванею важдя паказать сваи спасобнасти Обдулла, отогнав замыславатыми пассами рук любапытных злых духов, роившыхся над важдем, пристроилсо сзаде ево и замагильным голасам праизнес:

- Чу-уеш палетс в жеппе-е-е?
- И хуле? Че я, палетс в жеппу не савал чтоле? Я тагда тожэ калдун, - прабарматал вождь, пакряхтывая от вазникшего неудобства. Духи испуганна шмыгнуле в дымаход, пятясь задом...
- А руке-то - вот они! - таржествующе праизнес Обдулла, помахав руками у важдя перед носам.
- Хуяссе... - изумилсо вождь, сравнив количество пальтсев на руках у сибя и у валшебнека - фсе были на месте, абмана не было, - Беспесды калдун! Ну-ка, падвигай тем пальтсем для праверки... Ого! А ну-ка, есче падвигай! - заинтересавалсо вождь, облокотившысь на стол и ставя паследнюю печять на патент... Так Обдулла палучил законное право на занятия калдавством при условеи саблюденея небальших фармальностей - регулярново техасмотра валшебной силы у важдя.

Типерь для абретенея власте над духаме, каторые пачти не баялись Обдуллы и даже инагда  ссале ему фтапке и пирдели пад нос, неапхадима было сажрать яйцы маладого аран-гутанга, каторава надо уебать ровна в полдень пагалаве куритсей так, чтоп они сами атвалились. Это ему пасикрету сказал ево друк Ибрагим, каторый пиздеть не будет. И тут же прадал ему спецыальную куретсу за 500 баксаф, каторая случяйно оказалась у нево фкармане юбки.

Заебавшысь прыгать паветкам за аран-гуатнгом, Обдулла заметел на улетсе сына важдя. "А какая, фпесду разнетса-та... Время паждымает!" - падумал он, привадя куретсу фбаевую гатовнасть. Баевой сноряд, недавольна кудахтнув и хлопнув крыльями, апустилсо на голаву жэртвы...
- Э-э, далбайоп! Щаз папке скожу! - заарал вазмущонна патсан.
- Тиха ты, бля! Патом канфетку дам! - Обдулла пасматрел на землю, яица не атвалились. Не абращяя внеманея на вопли жэртвы и сабирающююся вакруг талпу, многие из каторой прешли са сваими тобуретками, поп-корном и какосами, падергал патсана за яйцы. Яйцы висели крепка, а потсан вежжал и пиналсо. Что-та было не таг. "Куретса правельная - Ибрагим песдеть не будед. Уебал правельна... А-а! Да я жэ полдень с эитми аран-гутангами праебал!" - дагадалсо Обдулла...

- Вяжи его, сцуку! - раздалсо вдрук крик важдя, разбуженного шумом и крикаме, - Щаз мы ево па фсей строгасти закона! Падать сюда Угаловный кодекс! Та-аг... что туд у нас... Убийство - штраф 20 бананоф... Не то... Убийство и пажырание - 15 сутак... Не то... Во! Уебение куретсей пагалаве - казнь через павешение! Вот эта к тибе, сцуко, патходед! Ах, да... Уебение куретсей пагалаве кагда яйцы не отвалилесь - павесить, но не надолга... Вот же сцуко, выкрутилсо! - Вождь разачярованна захлопнул кодекс, сплюнул и пашол за вирефкай.

Не вериш? Фтыкай, сцуко! ---> http://lenta.ru/news/2008/01/09/behindbars/