- Маш, ну ты чего? Я ведь… я ведь никогда тебе не изменял, ты прекрасно знаешь это – Игорь гладил заплаканную Машу по голове. За шесть месяцев совместного проживания она уже достаточно надоела ему своими постоянными истериками и скандалами на почве ревности – Машунь, ну успокойся, я люблю тебя! Честно! Я никогда тебя ни на кого не променяю. Ну, давай… давай сейчас вместе ёлку наряжать будем? Я игрушек купил. Китайских, правда…

Игорь уже на привычном для себя автомате успокаивал девушку, как всегда терзаемый сомнениями о правильности своего выбора. Маша всхлипывала и никак не могла успокоиться после истерики. На журнальном столике стояла метровая искусственная ёлка, обтянутая дешёвой гирляндой и лежала коробка с купленными китайскими шариками, красными, синими и жёлтыми…

Маша, для своих семнадцати лет, выглядела очень даже по взрослому – упругая, высокая грудь, стройные ножки и аппетитная попка. Детской угловатости не было, не было и противного животика, который у молодых девушек сейчас попадается всё  чаще и чаще.
От алкоголя и фривольного образа жизни. Маша следила за собой, ей нравилось, когда мужчины, старики и даже малолетки впивались в неё взглядом, в метро, маршрутках и просто на улицах. Лёгкий флирт и быстрый секс – обычное дело, и под стать своему ветряному характеру, она очень ревновала Игоря, думая, что если ей что-то понравилось, то это становиться её собственностью, причём навсегда. Вот поэтому-то и закатывала она истерики, устраивала скандалы, и всячески требовала внимания от Игоря, который пахал на двух работах, лишь бы обеспечить очередной тряпкой или походом в дорогой ресторан свою пассию. И уже жалел об этом, ох как жалел…

- Ну Машенька, солнце, ну ты же прекрасно знаешь что я «ни-ни» - Уже изрядно устав от ласковых слов, Гоша посмотрел девушке в заплаканные глаза – Ну сколько тебе можно повторять.

- Я не верю! Ты постоянно трёшься с какими-то бабами, от тебя постоянно воняет их дешёвыми духами, скотина! – Маша начала заводиться снова – Ты врёшь мне постоянно! На работе у тебя куча смазливых тёлок, а ты – кобель, тебе только дай повод…

- Успокойся, сладкая, ну, сколько можно повторять… Я же работаю в женском коллективе, естественно…

- Врёшь, ты всё врёшь! – Набирая обороты, визгливо голосила Маша – Только и смотришь на них…

- Котёнок, ну я же для тебя стараюсь, мы же покупаем тебе то, что ты захочешь – Игорь посмотрел на купленные шарики. В красном  отражался он сам, с понурым видом, сидящий в кресле с девочкой на коленях. – Маш, ну чего ты опять начинаешь? Я же люблю…

- Ничего ты не любишь! Забываешь мне даже позвонить, спросить как дела! Скотина! -
Прямо в лицо кричала Маша. – Мне так одиноко было вчера, я чуть не померла со скуки в том сраном, дешёвом салоне, не мог получше найти? Отвёз в какое-то дерьмо! Никакой заботы, никакого внимания! Ты… ты ни разу даже не позвонил за день! Этого ли я ждала...

Вновь зарыдав, Маша уронила голову на грудь Гоше. «Скотина… не любишь…» Всхлипывала девушка, стуча кулачком по Игоревской груди. «Скотина…»
Он рукой принялся гладить голову девушке, про себя мысленно повторяя: «Этого ли ты ждала… этого ли ты…» Посмотрев снова на своё отражение в красной ёлочной игрушке, в его голове что-то щёлкнуло: «Этого ли я ждал?» С накатываемой яростью подумал он. «Этого ли я, блять, ждал»!? Рука на волосах сжалась так, что побелели костяшки…

- Сука-а-а!! – Взревел Игорь, вскочив с кресла, не отпуская  волос девушки. Она упала на колени рядом с ним. – Ёбаная тварь! Как ты меня заебала, тупая блядь!
Дав ей коленом по зубам, всё так же не отпуская волосы, он поволок её к столу.

- Го… Гошенька, ты что... – Из круглых от ужаса глаз катились слёзы, из разбитых губ капала кровь – Ты что, миленький, ты что...

- «Что-что» То блять! – Передразнил Игорь и харкнул в лицо Маше – Ты меня заебала, пизда! Поганая визгливая тварь! Полгода ты мыла мне мозги! Своми спа-салонами, своими ебучими, блять, ресторанами, педюкирами, хуикюрами! Малолетка блять!
Он начал хлестать её по щекам свободной рукой, размазывая кровь.

- Чем я думал? Хуем стопудово… Думал блять, молодая, красивая девочка, думал, блять, заживём… сука! Новый год хотели вместе… Игрушек купил…. На тебе, говно, игрушки-и-и – Заорав, он с силой приложил её головой об коробку со стеклянными шариками. Брызнули осколки и кровь

- А-и-и-и-а… гоша… гоша... – От шока Маша только и могла произносить его имя, захлёбываясь кровью. Лицо девушки было усеяно осколками, сочилась кровь – гоша.. гоша… не надо…

- Надо, сука, на-до – Он отпустил волосы и с размаху пнул по голове сидящей на коленях девушке. Получив носком жёсткой, резиновой тапочки в ухо, Маша потеряла сознание от боли. Свалившись, как мешок картошки под стол. Из разбитого уха потекла кровь.

- Тварь… вот тварь – не успокаивался в приступе Игорь, пиная тело девушки по рёбрам. От вида крови и адреналина он вдруг понял, что не хило возбудился. – Ага! Ну что, сука, на праздники, говоришь, в попку получишь? А на дворе у нас чтооо? Правильно пизда, Новый Год, самый что ни на есть праздник…

Игорь сорвал с ёлки мигающую гирлянду и связал руки за спиной у девушки. «Что б не дрыгалась» Подумал он. Бросив тело животом на стол, так что коленями девочка упиралась в паркет, Игорь стянул с себя штаны. Задрав короткую юбочку, на обозрение ему предстала весьма аппетитная попка с аккуратным колечком ануса. «Сколько раз видел, но ни разу не пробовал, хы. Вот тебе и на те..» Про себя хмыкал он: «Сухая блядь, как памперс в пустыне. А как мужика увидит, так течёт, тварь, рекой. Сейчас-то мы тебя и смажем…» Рукой он провёл по рту и уху девушки, собирая ещё не запёкшуюся кровь. Затем, смазав анал и свой напрягшийся член, Игорь медленно ввёл инструмент в совсем ещё юную попку девочки.

- М-м-м-э… - Застонала, приходя в себя, Маша.

- Молчать, сука! – Игорь так ударил её кулаком по затылку, что послышался треск зубов, кровь из сломанного носа хлынула ручьями. – «Праздник к нам приходит, праздник к нам приходит» Напевал он песенку из рекламы, старательно совершая фрикции.

- Вот те, жопа, новый год – Он кончил прямо в неё и сейчас наблюдал как из очка вытекает смесь говна, спермы и крови. Совсем помутившись рассудком, он схватил со стола искусственную ёлку. – Спа-салооон, прочищение желудка, ахахаха, дед мороз  и его верный друг - ёрш – Диким голосом  вперемешку с истеричным смехом верещал с Игорь.

Ещё раз смазав Машину жопу кровью, он начал вводить туда ёлку. Проволочные лапки подгибались, проходя через сфинктер. Маша дёргалась от боли в бессознательном состоянии и могла лишь мычать. Сантиметров через двадцать, ёлка упёрлась и дальше не лезла. Уже совсем съехавший с катушек Игорь, схватил табурет и что есть силы ударил по крестообразному основанию ёлки. С ужасным звуком рвущихся органов, искусственное дерево вошло сразу на полметра.

«На, на, тварь» Ещё пара ударов и метровое дерево полностью вошло в Машу. Задёргавшись в конвульсиях, она застонала. Игорь сверху приложился табуретом по голове. Послышался хрустящий звук, будто ударили по футбольному мячу, набитому льдом. Девочка затихла.

- Ахахаха, С новым годом! Сука! -  Игорь побежал в ванную. Найдя там кучерявую белую мочалку, он нацепил её петельками на уши, приспособив наподобие бороды.  Измазав ладони в крови, сделал себе красный нос и «румянец» на щеках. «Нужен мешок с подарками» Думал он, доставая с балкона старый холщёвый мешок и ржавый топор: «А подарочком будет Машенька»

Отрубив по суставу одну девичью ножку, Игорь с радостью сунул её в мешок, который сразу же пропитался кровью и реально стал похож на Дед Морозовский.
Так, за двадцать минут обрубив руки и ноги  и отрубив Маше голову, перемазанный с ног до головы кровью Гоша, сложив всё это в мешок, выскочил с ним на лестничную площадку и потрюхал вниз.

На первом этаже, возле почтовых ящиков копошилась его соседка, послеповатая, семидяситилетняя Варвара Андреевна. Увидав скачущего своего соседа, перемазанного чем-то красным, она не испугалась, подумав, что он уже налакался в преддверии праздника. Не испугалась и получила с лёту коленом в переносицу. Старые, толстые роговые очки треснули, линзы брызнули осколками в глаза. Завопив, она отшатнулась, напоролась затылком на торчащий из вертикальной батареи кран и проглотив вскрик, с шелестящим звуком осела на площадку.

- Тааак таак, Варварандевна, голубушка – Совсем ничего не понимающий Игорь присел, и начал выковыривать глаз старушки. Оторвав его от нерва, он сунул глаз в карман, подумав, что из глаза получилась бы неплохая ёлочная игрушка. Тело старушки не шевелилось. Чёрная, зияющая дыра вместо глаза, напомнила Гоше о недавном соитии с окровавленной жопой Машеньки. Моментально возбудившись, он встал коленями на грудь старушки, за седые волосы приподнял ей голову и с «чпоканьем» засадил хер в глазницу. Довольно таки быстро кончив, Гоша вытащил из мешка подарок – отрубленная кисть с парой колечек на окоченевших пальцах. «С новым годом!» Хмыкнул он и кинул руку рядом с мёртвой старушкой. Почувствовав желание помочится, он испражнился, стараясь целиться струёй в выебаную бабушкину глазницу: «Веселье приносит и вкус бодрящий…» Допев рекламную песенку и  закончив, он спустился вниз.

Игорь спокойно вышел из подъезда, и побрёл по двору в сторону проезжей части, волоча за собой кровавый мешок. Перебирая пальцами в кармане склизкий глаз и напевая различные новогодние песенки…
Он не помнил, как наткнулся на проезжавший мимо патруль, как его загребли, как блевали менты, обнаружив содержимое мешка. Как его били и тащили в камеру.
Он не помнил и того, как распустив на нити мочалку, которую почему-то не забрали, соорудил себе петлю…

  …Он помнил лишь только то, что раскачивающаяся его, еле видная от плохого освещения  тень, была очень похожа на настоящую, ёлочную, игрушку…




С Наступающим.