Залетает тут ко мне счастливая и сияющая, как новогодняя елка, Катя и говорит:
-Натусик, сейчас оно свершится. С сегодняшнего дня мы будем счастливы. Я в книжке новомодной прочитала, что ежели ежедневно вокруг своей оси вращаться по пятьдесят раз в день и думать о хорошем, то если не блеванешь, счастье и прибудет. Вот-вот оно уже. Давай кружиться.
- Мать, ты чего курила? Отсыпь уже, а? Я вчера пила. Много. Шансов на то, что мне после этого кружения не придется обниматься с толчком часа так пол – ноль целых шиш десятых. Че за книга-то хоть?
- Да женские чакры открывать. А то они у тебя закупоренные какие-то. Вот сегодня мы кружиться будем, а завтра… завтра тоже будем, но еще я научу тебя методам избавления от влияния бывших парней, - в общем, Екатерина, подсев на любимого конька, начала выносить мне голову очередными тренингами на тему «как закадрить молодого и легкомысленного миллионера, нихера при этом не делая». – Это, короче, ты представляешь, что у тебя в руках иголка и нитка. Мысленно вдеваешь нитку в иголку, ну там узелочек завязываешь, чтоб не разлезлось шитье-то твое, а потом начинаешь ментально зашивать себе песду против часовой стрелки на семь раз, при этом думая о своем бывшем. В общем, когда шитье окончено – оторви нитку и сделай вид, что вместе с иголкой выкидываешь своего бывшего. – Естественно, во время всей беседы Катюша обильно жестикулировала и брызгалась розовыми слюнями. Я сидела в полном афиге и пыталась собрать по кускам остатки реальности.
- Ты че, бабка, галоперидолу переела? Какие, к хуям, бантики? Какие иголочки? Зачем мне песду зашивать? А, самое главное, чего там с моими бывшими не так, что мне аж на такие подвиги идти надо?
- Еще семь лет после вашего расставания, - Катя с лицом ниибаца профессора эзотерических наук и мастера спорта по телегонии одновременно, начала меня просвещать, - все мужики, с которыми у тебя был секс, из тебя энергию сосут. Если хочешь, чтобы это прекратилось – бери иголку в руки и начинай зашивать!
- Да пошла ты в жопу со своими иголками, нитками и песдой! Хуй ты из меня че высосешь, пока сама не дам! И они тоже. И вообще, иди-ка ты сама кружись отсюда домой, пока мозг наместо не встанет. А вечером приходи меня похмелять. Сейчас я спать буду.

На мою беду, вечер наступил быстрее, чем мне бы хотелось. А именно, минут через пятнадцать после ухода любимой, хоть и слегка съехавшей Катюши. Во всех метаморфозах временных был виновен смекалистый ум дорогой подруженьки. Она не понаслышке знала, что когда я всю ночь предавалась разврату и алковозлияниям, наутро ко мне подходить – занятие весьма фиговое. А местами – даже опасное. Так что, вооружившись трехой разливного, Екатерина пришла дальше насиловать мой мозг.
- Вот смотри, совет мне твой нужен. – Сказала Катя и мне уже стало страшно. – У мужика моего днюха намечается. А денег-то и нет. Не, ну есть, но штука. А больше нет. Че ему подарить – в душе не знаю. Ты пей, пей, а заодно и думай. – Пока суд да дело длилось, она сама сгоняла за стаканами, налила, видать, очень ей совет-то нужен был. – Вот я в прошлом году ему рубашку дарила. Пиздатую такую, говнястого цвета в цветочек беленький. А он ее носить отказался. В общем, нынче я хз.
- Стоп! То есть ты своему мужику – адвокату, который кроме как дико дорогих однотонных и строгих рубашек с рождения ничего не одевывал, одарила говнястую рубаху и  он ничего не сказал??
- Ну ты ж сама ржала над тем, что он мне шоколадного деда мороза на новый год подарил. Теперь до меня дошло, откуда ноги растут.
- Вот ты, мать, дурра! Ну я хрен его знает. А че он любит-то вообще?
- Ебацца он любит. Правда редко. И не всегда со мной. А так – я хз.
- То есть, провстречавшись с ним два года, ты не знаешь, по чему твой мужик прется?
- Ну а нахуя мне? Женится – узнаю…
- Причину-то со следствием не путаешь? Ну да ладно… Ну смотри, у твоего ж поросеночка две радости в жизни: маленький компактный хуй и большая дорогая тачка. Дави на второе. На первое – не вариант.
- Ну и че я ему за косарь подарю?
- Да епта, сертификат на мойку! Пол коврика под сиденье. Елочку, блять, чтоб он ей натирался и не вонял черти чем, на худой конец. Он же прекрасно знает твое материальное.
- А я думала ему фотосессию подарить…
- Она минимум пятак стоит нормальная. А у тебя в пять раз меньше.
- Да нееет. Все схвачено. И, что самое приятное, на халяву.
И Катя достала из недр сумки непонятное нечто. Фиолетово-бисерную поебень, которая являла из себя фотоальбом, сделанный по последней моде своими руками. Только не подрассчитала, что если руки из жопы – браться за хенд-мэйд лучше не стоит. Волосы у меня зашевелились даже там, где были сбриты и проэпилированы.
- Это что?
- Это оно. Я так-то не особо хотела интересоваться у тебя, че ему подарить. Я думала, ты украсить поможешь…
- Я? Украсить? Катюша, мы ж бля с тобой в одном классе учились, и ты не хуже моева знаешь, что первая в моей жизни тройка в четверти у меня была по трудам. Я там с восьмого по одиннадцатый один и тот же шарф вязала. И с чего вдруг такое странное желание? Чтоб я чего-то своими двумя делала?
- Ну Нааатка, ну хуже-то точно не будет! Помогай!
- А че внутри? – Без задней мысли спросила я, ожидая увидеть что угодно. Но не это.
А внутри оказался ад и Пакистан. Голые сиськи Кати на фоне каких-то развалин кирпичных, голые сиськи Кати на фоне каких-то других развалин. Тоже кирпичных, но больше похожих на помойку в подвале заброшенного дома, где бомжи живут. И завершала картину полностью голая Катя. В очках и шлепках, присевшая на корты, типа поссать захотела. И с таким иратишным выражением лица, что мне, не смотря на то, что кружиться я отказалась, все равно захотелось крепко обнять любимого фаянцевого товарища.
- Мать, это пиздец! – Резюмировала я. – Ты где это взяла?
- Ну помнишь, я с неделю назад к тебе собиралась и не пришла? Так вот, иду я себе вся такая фея ниибацца, а сзади девятос едет. Чувак в нем. Симпотный. Подбросить предложил. Ну я и подумала, что не царское это дело пол остановки пешком ходить и согласилась. А у него фотик на приборке лежал. Большой такой, пиздатый. Я и спросила, не фотограф ли он. Оказалось, что да.
- А у меня скальпель где-то валялся. Я, значит, хирург пиздатый. Давай тебе почку отрежем, продадим и мозг новый купим. Видишь выгоду?
- Заткнись! Мы даже не потрахались! Я ему сказала, что я ему дам, когда фотки готовы будут. Не дала!
- Да ты прям великий комбинатор, я смотрю…Хорошо. Все фигня. А как ты своему объяснишь, где ты фотки взяла эти, а самое главное – кто на тебя такую фотоохоту-то объявил?
- Элементарно. Фоткала меня ты.
- За-е-бись. На телефон, бля. Не, сразу на ботинок. Он у меня с фотокамерой и блютузом, судя по тому, за сколько я эту пару покупала!
- Иди в жопу, он-то откуда знает, че у тебя есть, а чего нету? Ты меня фоткала, с тобой мы не трахались, а потом я это все в альбомчик вклеила и ему подарила. Пасьянс сошелся. Все счастливы. Садись и клей бисер с ленточками. Я же не просто так тебя тут пивом отпаиваю!
- Да сказала б ты изначально, че тебе от меня надо, я б сама сгоняла. А сейчас я готова тебе руку обглодать. Или себе. За то, что друзей так херово выбирать научилась.
- Да ладно ты, не пизди, клей уже!
И мы, дрожащими руками, принялись за украшение, наверное, самого «чудесного» подарка в жизни Катиного мужчины. Лучше всего у меня получилось посыпать его блестками. И клеем поливать…