Над древними вековыми елями, помнящими ещё восстание под предводительством Старохерова и Осквернителя, раскинулась самая чёрно-звёздная, самая прекрасная в мире чаша ночного неба. В  ароматной траве еблись хищные Уральские кузнечики. С ветки на ветку порхали росомахи, зяблики и остальные летяги. А на большой овальной поляне раскинули свои гостеприимные объятия щедро накрытые столы.

Чего только не было на этих столах. А не было на них икры, сёмги, буженины, лебедей и кабанов, зажаренных с яблоками и дикими грушами. Зато в избытке было винегрета, квашеной капусты, сухарей и прочего изобилия. Из напитков в огромных количествах присутствовали простокваша, кисель, квас и прочее горячительное.

По периметру поляны в знак солидарности с изгоями выстроилось с десяток тяжёлых танков, присланных праправнуками Юрига из соседней дивизии. Их фары освещали плацдарм, на котором предстояло развиться финальному действу. Между ёлок и всяких кустов на подступах к поляне сновали удмурты и коми из группы риска. С величайшим риском для жизни они отлавливали нарушителей распоряжения шефа и отбирали у них спиртное. Двое уже выбыли из строя, по причине полученных от старичков пиздянок. Ещё семеро перебрав при дегустации, спали под кустами, всхрапывая во сне и жалобно зовя маму.

Гости и радушные хозяева  с прибаутками рассаживались за столы, лежачих подкатывали санитары из народного ополчения. Во главе стола, всё такой же грозный и могучий восседал Патриарх! Удав постучал искусственной рукой по графину с крыжовенным киселём. – Внимание камрады и камрадихи!!! Банкет, по случаю завершения очередного совещания предлагаю считать открытым!

Зазвенела посуда, потекли напитки, руки и протезы потянулись к обильным закускам. Умеет гулять Русь! Под столами, по древнему славянскому обычаю разливалась палёная самогонка, брага, одеколон. Запахи парфюма окутали поляну душистым покрывалом. Тёплый ночной ветерок подхватил амбре и утащил в лесную чащу, хвастаться перед сородичами.

Через какие-то полчаса народ Удавкомовский изрядно окосевший и уже ни разу не закрепощённый разбрёлся по интересам. От группы к группе перебегало юркое двухметровое существо и бесплатно, всего по сто шекелей за штуку предлагало папироски набитые всем известной травкой. Существо встречали дружно, радостно. – Миха, ебать твою бармицву, и мне продай, и мне, и мне….
Терпкий дым уплывал ввысь, к звёздному небу, глаза потихоньку стекленели, начиналась веселуха.

Немного в стороне от основного действа, под раскидистой араукарией кого-то ебли. Слышны были пыхтение и надсадное всхлипывание половой пизды. Басовитый голос уговаривал, - потерпи милая, потерпи сердешная, я быстренько, рогами то нахуя сука?!!

В центре поляны устроили скачки на военнопленных чухонцах. Первый, кто пробежит за час десять метров получал свободу и два ведра нефти-сырца. Чухонцы, осёдланные и предварительно отпизженные, били копытами и нервно прядали ушами. На дальних подступах к месту торжества группой охраны памяти Скверова, были пойманы одичавшие хачи собиравшие озимые обабки. Под задорные выкрики и счастливый смех их тут же повесили на ёлках. К небу взвились разноцветные шутихи и вертолёты сопровождения.

Две небольшие драки возникшие по недосмотру охраны и инициированные вездессущим Том Ту были локализованы и погашены почти в зародыше. Потери были минимальными, не считая разбитого носа А2 и оторванного фаллоса Фаллоса. Том Ту поставили на вид, дали коллективной пизды и напоив тёплым молоком с водкой уложили спать рядом с Недевачкай из масквы. В течение всей ночи из под ихнего куста были слышны хруст, всхлипы и сладострастное чмоканье. Очевидно, ужинали.

А на другой стороне обширной поляны всё тот же вездесущий А2 затеял спор с молоденькой практиканткой из братской Башкирии. Лёгкий ветерок доносил обрывки фраз. Прокуренный с хрипотцой бас А2 заговорщицки вещал: - Да не боись, тута в озере мелко. Наперегонки до середины и обратно. Если я тебя перегоню, то ебу, а если ты меня, то делаешь минет?!! Раздался звонкий шлепок и возглас девушки: - Запомни мухомор венценосный, я не такая. Триста баксов и без анала….

Гулянка длилась до рассвета. И уже когда небо на западе по-утреннему зарозовело, когда раздался задорный крик настоящего петуха и погасли звёзды, раздался глас!
Говорил старейший и наиболее вредный столб Удаффкома. Человек, чьё имя само по себе вселяло в усталые сердца надежду на будущее. Это был Прозектор!
- Люди Удавкома! Братья! И хуй с ним сёстры! Настала пора сказать о главном. Все пиздоебущиеся силы планеты в сей момент поднимают непримиримую войну с сиреневым злом. Все, от мала до велика, взялись за оружие. Властью данной мне советом старейшин Удафкома я объявляю «Голубой Газават». Да сгинут пидеры в горниле священной битвы. Пора!
И словно подслушав «аксакала», в синем утреннем небе пророкотал гром. Ветвистая молния, перечеркнув небосклон, с шипением впилась в землю. С вами боги, братья! Вперёд!


И в это же самое время по всему миру без малейших предпосылок, на что бы то ни было, дохли пидеры. Они выбрасывались из окон небоскрёбов и кремлёвских дворцов съездов. Падали под колёса электричек и плющились могучими ботинками шагающих экскаваторов. На диком севере чукчи травили их на смерть охотничьими оленями и бросали в проруби к разъяренным нерпам. На жгучем юге, где плавился песок под лучами солнца, их забивали бумерангами и мачетами с отравленными пулями. Их травили, вешали и сжигали. Невзначай выбрасывали на лету из парящих под облаками боингов. Вульгарно пиздили до смерти на площадях. Полиция, - эта проститутка власти, оттаскивала трупы в сторону и помогала советами.

Портативная водородная бомба в миллион мегатонн исподтишка взорванная на «континенте зла» вызвала огромную волну, впоследствии смешно названную цунамей. «Континент зла» перестал существовать, как таковой. А гигантская волна прошла освежающим дифференциалом по побережьям, где, как известно, любили тусоваться терпилы.  Практически в одночасье многострадальная земля избавилась от гнёта дырявожопой нечисти.

А в дебрях Уральской тайги запрягали своих усталых и потных таджиков люди Удавкома. Проверяли сбрую, пинали особо хитрым в бока, чтобы не хитрили и не надували их. Собирали немудрёный скарб, делали уколы и клизмы. На отдельную телегу складывали «перебравших». Ведьмак из местных перекрестил их на дорожку особым, извращённым крестом и обоз, скрипя и испуская запах перегара, тронулся в путь. Впереди предстояла дальняя дорога. Дорога домой!!!

06.10.07 г.  Е.Староверов.