История эта случилась лет десять назад, в бытность мою студентом. Стояло жаркое лето, все ужасы очередной с горем пополам сданной сессии остались позади. Душа ежеминутно требовала приключений и свободы, причем и то, и другое она получала посредством вливания неконтролируемых объемов алкоголя разной крепости в сочетаниях, от которых дедушка Менделеев нервно икал и переворачивался в гробу. Весь этот процесс самоуничтожения неизменно заканчивался поисками «вторых половинок» для меня и моего закадычного друга Димана.

Есть у нас в городе место такое, где с большой степенью вероятности можно найти как любовь всей своей жизни, так  и просто триппер, и называется оно «набережная». Именно сюда в этот раз, как, впрочем, и всегда, вели нас подогретые бухниной мозги, упрямо толкая подгибающиеся ноги. Прохладный ветерок с Волги навевал мысли о том, что сегодня мы непременно окажемся в самом центре разврата в окружении как можно большего числа зачетных пелоток (а как могло быть иначе с двумя синими студентами, у которых пятьсот рублей на двоих).

Здесь следует отметить, что Дима, будучи и в трезвом состоянии человеком не особо разговорчивым, по мере достижения кондиции, необходимой для завязывания пламенных отношений, слегка терял  способность связно разговаривать и переходил на упрощенный вариант русского языка, типа: «угу»; «неа»; «чо?» и «гыгыгы». Учитывая такой расклад, все обязанности по обеспечению нас особями противоположного пола на предстоящую ночь возлагались на меня, Диме же оставалось лучезарно улыбаться и вовремя вставлять «гыгыгы», что он с успехом и делал.

И вот мы на месте. В воздухе витал аромат шашлыка из зазевавшейся дворняги и запах разливного пива, из многочисленных открытых кафешек благим матом горланили «Владимирский централ, ветер северный…» и «Ну что же ты, студент…» - праздник жизни, епт! Четыре принадлежащих нам красных глаза начали активно фокусироваться, пытаясь высмотреть в сумерках ебабельные объекты, но почему-то попадались  либо уже окученные парнями, либо непонятные жертвы экспериментов по скрещиванию людей с самыми разнообразными животными и представителями инопланетных цивилизаций.

- Не ссать, Диман! – оптимистично хлопнул я друга по плечу, не давая ему впасть в нирвану раньше времени. – Ща мы с тобой пройдемся туда-сюда и стопудово кого-нибудь нароем!
- Угу, - откликнулся камрад и мы двинулись вдоль столиков, окидывая сидевших там девушек взглядами двух пораженных сперматоксикозом кроликов.

Проходив минут с двадцать и не обнаружив никого достойного, наши истерзанные алкоголем тела затребовали передышки. Сесть было решено в ближайшее кафе и, заказав пару пива, мы молча грустили, прекрасно осознавая, что ебаццо нам сегодня придется скорее всего с крокодилами, либо вообще отложить этот занимательный процесс до лучших времен. Но тут Дима встрепенулся, вперил взгляд куда-то за меня и выдал неожиданно длинную для него тираду:
- Коляныч, сзади тебя сидят две охуительные телки и они нам улыбаются! Это шанс, пиздуй быстрей!
Я обернулся и увидел в паре столиков от нас двух симпатичных брюнеток, которые действительно смотрели в нашу сторону. Долго думать я не стал и, нацепив на лицо широкую лыбу, подошел к ним.

Процесс знакомства описывать не буду, скажу лишь, что при ближайшем рассмотрении дамы оказались несколько старше нас возрастом, но это только добавляло пикантности, да и выглядели они на все сто. Звали их Марина и Наташа. Разговор шел легко, Дима мастерски вставлял свое фирменное «гыгыгы», шампанское быстро и эффективно уничтожалось нашими собеседницами, лица их розовели, а значит не за горами прогулка ко мне домой со всеми вытекающими отсюда последствиями.

После третьей бутылки игристого для подруг и непонятно какой кружки пива для нас настало время «Ч».
- Ну что, дамы, кафе скоро закрывается, а так не хочется расставаться, - состроил я скорбную мину. – Но можно продолжить вечер у меня, как вам такое предложение?
- Ребят, да мы с удовольствием, только есть небольшая проблема, - многозначительно сказала Марина. – Дело в том, что мы с Наташкой собирались недолго здесь посидеть и оставили детей у подруги, а с ночевой она сидеть не согласится, завтра вставать рано.

Вот тут бы и надо было послать разбитных мамаш куда подальше, но где уж там, настрой на еблю был столь силен, что воспрепятствовать ему не смогла бы и рота ОМОН, уж не говоря о двух мелких спиногрызах. Предвосхищая мою мысль, первым очнулся Дима.
- А нет проблем, девушки, квартира трехкомнатная, детей вместе спать уложим, всем места хватит! – и вопросительно уставился на подруг.
Те пошептались недолго и согласились.

Уже через минут сорок я в ускоренном темпе стелил диван для двух заложников материнской похоти – малолетних мужчин четырех и пяти лет от роду, Дима же на кухне деловито откупоривал бутылку вина с помощью ржавой отвертки. Наконец дети уложены, мы под негромкую музыку выпиваем красненького и, убедившись что все тихо, расходимся по комнатам. Вот оно! Едва не запутавшись в трусах, падаю с Мариной на кровать, судя по звукам, доносящимся из соседней комнаты, Дима с Наташей тоже время даром не теряют. Процесс пошел.

Вдруг из комнаты, где должны по идее спать цветы жизни, раздался истошный вопль, от которого по спине пошли мурашки:
- Мама, я какать хочу!!! Ааааааа!
- Это мой! – округлив глаза, сказала Марина, при этом из соседней комнаты четко обозначился звук упавшего тела и сдавленный мат в исполнении Димы. – У тебя горшок есть?
- Горшок? – прихуев переспросил я и начал судорожно вспоминать, где же хранится волшебный сосуд, периодически оскверняемый мелким племянником. – Есть, под ванной стоит!

Марина выскользнула ужом и метнулась из комнаты, оставив меня грустно обнимать подушку. Судя по недовольной роже Димы, засветившейся в дверном проеме, Натаха сделала тоже самое. Тем временем, от криков желающего погадить проснулся его друг и заверещал на пронзительной ноте, граничащей с ультразвуком. Мамашки отчаянно суетились вокруг отпрысков, тряся сиськами, пытались заставить одного заткнуться, а второго отложить личинку в незнакомый и от того недружественный горшок.

Постепенно душераздирающие вопли прекратились, горшок получил свою порцию удобрений, но окончательно проснувшиеся детки совершенно не собирались обратно в объятия Морфея и дружно затребовали жрать. Надо было видеть наши рожи, когда в два часа ночи вместо того чтобы задорно трахать симпотных брюнеток мы угрюмо чистили картошку и жарили куриные окорочка, а парочка малолетних дьяволят резвилась рядом и периодически тыкала в нас пальцами, спрашивая, кто из нас чьим папой будет.

Мысли о дальнейшем отжиге испарились сами собой, Маринка с Наташкой виновато заглядывали нам в глаза и обещали реабилитироваться, но радости это почему-то не приносило. Зато сытые пацаны сладко спали и смотрели розовые сны и почему-то было совсем не обидно, ведь правильно говорят: все лучшее – детям.