Короче, ко мне в последнее время зачастили представители ебанутой подпольной организации. Называется, свидетели Иеговы, какой-то. Ну, зачастили, это мало сказано. Каждый день, суки в двери ломятся, никакой личной жизни. И главное назойливые, падлы. Звонят, блять, и звонят в дверь. А может я ебу щас кого. Может у меня защемление, какое нибудь вдруг возникнет, или там, стояк пропадёт. Но им похуй мой стояк, они мне просветление несут, блять, ниибаца какое. Чтоб жизнь моя лучезарнее стала, и привольнее.
Только вот незадача небольшая с лучезарностью. Секс рекомендуется только в законном браке с такой же лучезарной дурой как и я, и без резинки. Про в жопу поебаться, или там, в рот, вообще запрет полный. И нахуй мне, спрашивается, такая лучезарность?

А выловили они меня случайно. Возле подъезда, неделю назад. Сижу на лавочке, после корпоратива домой возвращался, решил пивком догнаться. Догнался так, что встать не могу. Уже стемнело давно, а я всё сижу, глаза в кучу собираю.
Подошли двое, незнакомые еблеты у них. Я думаю, ну, пиздец. Щас отхуячат меня возле родного подъезда и по карманам прошустрят, уж больно рожи хитрые у них. В карманах, правда, нету нихуя, но сам факт.
Здрасьте, говорят. Ну, думаю,  раз здороваются, значит пиздить не станут.
-Здорово,  - говорю, -  вы кто? Тут, один, что повзрослее и говорит:
-Мы свидетели Иеговы. Единственной правильной... - И понёс пургу какую-то. Мне и так хуёво, а тут прям, подкатило, ну я и струганул винегретом корпоративным прямо  им на штиблеты.
-Давайте мы вам поможем. - Говорит старший.
-Помогай, хуле. - Отвечаю.
Довели они меня до квартиры. Я ещё подумал, что есть нормальные люди на свете. Не всё потеряно для человечества. И ещё  подумал, что никогда больше их не увижу, ан нет...

На следующий день они и явились ко мне. Звонок в дверь. Я открываю, Стоят, лыбяться, блять. Я их сразу узнал. Подумал, что за вознаграждением пришли. Тимуровцы, блять хозрасчётные. Оказалось, хуже.
-Здрасьте.
-Хуле надо? - Спрашиваю, а сам думаю, что нехорошо это. Люди мне помогли, хуё моё...
-Заходите, раз пришли. - Говорю им.
Нет, говорят, мы заходить не будем. Мы к вам вечером придём, если вы не против. У вас, говорят, состояние сейчас для восприятия не очень правильное, а мы должны до вашего сознания донести истину. Я согласился, что состояние у меня для восприятия истины очень даже хуёвое. Они тоже вспомнили, как я вчера струганул от ихней истины, и отодвинулись слегонца от двери.

Вечером, как всегда, сижу,  втыкаю в тернет. Звонок в дверь. В глазок смотрю, пришли лучезарные посланцы, как и обещали. Открываю дверь, заходите, говорю. Зашли, хуё-моё, чаю там с баранками,… а поговорит?
Сели. Этот, который старший, начал меня терзать насчёт религиозных пристрастий. Я, говорю, атеист. Не верую нихуя, но в церковь хожу иногда, когда коза очередная меня туда затянет.
Тут он меня и обрадовал сходу про прелюбодеяния, и прочую запрещенную хуйню. Ну, я уже вам поведал, вначале. Я взбрыкнулся, типа, как же так? Нельзя, отвечает, хоть ты тресни. Только в браке и без гандона. И господи упаси, только не  в рот и не в жопу. Я его спросил про ладошку, с надеждой так. Он задумался, глянул в свои скрижали, блять, в мягкой обложке, и снова головой мотает. Никак невозможно.
Ко второму отроку прыщавому вообще я не стал обращаться за поддержкой. Сидит, рот открыл, глазами хлопает, мнение своё, если оно у него и есть, строго держит в том месте, куда Иегова ебать не велит.

Ну,  в общем, чаю попили, сушек пожрали, и упиздили, такие же просветлённые, как и пришли. Оставили они мне макулатуру свою, и квадратную голову.
А надо вам сказать, что я читать, страсть как люблю. Всё читаю и на ресурсе, и на бумаге, короче, болею я этим делом. А тут как на грех, тирнет с утра накрылся. Делать нехуй, и я книжки заповедные стал листать. Хуле не полистать, если есть? Картинок, правда, дохуя в них, но картинки, говно полное. Баб голых не нашёл, короче. Читал, пока не стемнело, да так и уснул, наполовину просветлённым.

Через пару дней, снова припёрлись мои агитаторы за светлую, безгандонную половую жизнь. Но я уже подкован, блять. Буду спорить с пеной у рта, отстаивая своё человеческое право на оральный секс.
- Самое главное для нас, это проповедническая и миссионерская деятельность. Мы ставим во главу угла, привлечение в наши ряды, как можно большее количество…
- Алё! Алё! Попридержи коней, - говорю. – Это что же получается? Если вы всех завербованных, будете заставлять вербовать остальных, да ебаться без резинки, они у вас как кошки плодиться будут. Где вы их селить будете, если они, кроме как, ходить по домам, в поисках заблудших, нихуя делать не будут? А после вашего ебучего Армагеддона, когда  все, блять, воскреснут, как вы говорите, и при этом останутся на земле? Тут хочешь, не хочешь, при такой сутолоке, да воткнёшь какой нибудь лучезарной овце, либо в рот, либо в жопу. Остальные то дырки заняты будут страждущими поебаться по правильному. Короче, хуйня, говорю, ваше сообщество. Что скажете?
Задумались, блять. Надо, говорит старший проповедник, посоветоваться с шефом, а то и правда, типа дохуя людей, а никто жильё не строит. Все только шаряться и новых сподвижников агитируют. Пиздуй, говорю, советуйся. На том и расстались. Но ненадолго. До следующего вечера.

На следующий день припозднились мои пастыри, блять. Поди, долго совещались. Правда, вместо привычного прыщавого стажера, миссионер тёлку с собой привёл. Видать, новенькая. Хихикала всё время, пока я спорил с ниибаца свидетелем. Я сначала внимания на неё не обратил, мышь серая, но в процессе жарких споров, стал в её сторону косяки бросать. Ничего так, девочка. Сиськи там, попка. Маленькая, правда, ну в смысле ростом. Но если еблет накрасить, то вполне так хорошенькая получится миссионерка. И вижу, симпатизирует мне, сучка. Видать тоже не желает без резинки ебаться.  Хуле, заразы щас сколько кругом…

Когда они уже уходили, изрядно потрёпанные моими каверзными вопросами, я миссионерочку приобнял так за талию, и шепнул на ушко, типа, нахуй тебе, гражданочка, свидетельствовать своё ниибаца почтение, какому то Иегове. Я не хуже, говорю. Заходи, если что, сольёмся в богословском споре. Только без мудилы этого просветлённого, ага?
- Ага! – Говорит, и улыбается.

Пришла вскоре, да так и повадилась посещать меня в минуты отчаяния, и религиозных сомнений. Нарушаем, блять, первую заповедь, утром, в обед, и на ночь. Сосёт щас так, как будто никогда этого самого Иегову и в глаза не видела. Тут на днях стал её проповедовать на предмет в попу дать. Пока не даёт, видать сильно её подгрузили в своё время на ихних шабашах. Ну, это дело поправимое. Я уже и литературкой запасся, описывающей прелести и пользу от занятий анальным сексом. Я теперь, типа, миссионер и проповедник. Несу зашореным гражданам ниибаца свет новой жизни. Хе-хе…

2008 vpr