22.30, 9.08.08
Меня зовут Аркадий Скворцов. Я нахожусь на службе вооруженных сил Российской Федерации на постоянной основе. Моя работа кровава и грязна, но необходима для общества. Я спецназ. Я убиваю самых опасных боевиков. Больше мне нельзя рассказывать про себя ничего, потому что подписаны бумаги и на них стоит моя роспись о неразглашении военных тайн.
Я ехал с охоты на своей Ниве, когда звонок раздался из моего спецтелефона. Звонить по нему могли только со штаба. Я неохотно поднял трубку и лениво спросил:
- В чем дело? Я на отдыхе.
- Блядь какой отдых, Скворцов? – заорал в трубку президент страны. – Ты разве не видишь, что творится на Кавказе? Какого хуя не отвечал?
- Я бы попросил выбирать выражения, президент, - я добавил в голос угрозы. – Я ездил на охоту в Архангельскую область, там плохо что-то ловит связь…
- А понятно… - Президент успокоился. – Срочно нужна твоя помошь, Скворцов. Когда сможешь быть в части?
- Неужели так все серьезно, что без меня не обойтись? – Мне хотелось еще заехать домой и показать жене трофей, убитого медведя-трехлетка. Я выследил его и убил голыми руками. Моя выучка позволяла и не такое.
- В штабе все объяснят. Отбой.
Я грязно выругался, выбросил из багажника тушу медведя и поехал в Раменское, в часть №хххх.


23.45, 9.08.08
- Расклад такой, Скворцов, - голос командира разведки еле прорывался сквозь рев турбин. – Вот на этом перевале замечены силы натовских ублюдков. Это настоящие звери, они уничтожают наши отряды, как детей. Их поддерживают генацвали, мать их в жопу! Прорываются к границе. В горах мы бессильны против них, вся надежда только на тебя!
Мы сидели в бомбовом отсеке стратегического бомбардировщика, который пролетал как раз через Кавказский хребет.
- Понял, блядь, - я кивнул, - продолжайте, капитан!
- Сейчас мы сбросим вакуумные бомбы и напалм на место их предпологаемой дислокации. Ты пойдешь вслед за бомбами на парашюте и зачистишь, если кто-то выживет.
- Хорошо. – мне понравилась эта затея.
- С тобой пойдет спецназ.
- В этом нет необходимости, - сказал я. – Я работаю один.
- Хорошо… - капитан побледнел. Он был наслышан обо мне.


00.02, 10.08.08
Открылся люк. Вниз посыпались бомбы и я вместе с ними. Снаряды обогнали меня на несколько сот метров, и когда они начали взрываться в ущелье, я выдернул медузу и открыл парашут ПО-19. Внизу все горело. Елки, трава, кусты и отряд врагов. Горячий воздух поднимался в небо и потряхивал мой парашют. Мой нос почуял запах смерти, а уши услыхали их крики. Я засмеялся – все шло по плану. По плану, блядь!

Мои сильные ноги, обутые в десантные ботинки приземлились на горную насыпь чуть выше огненного ада в долине. Отстегнув гребаный парашут, я проверил нож и, пригнувшись, поскакал вниз. Первого врага я обезвредил коленом в лицо. Гнида была в форме американского военного.

- Тебе смерть! – сказал я, глядя в его перепуганные глаза.
- Не надо! – он закричал по-английски. – Мне просто приказало мое правительство! Я не хотел! У меня ферма в Алабаме, маленькие детишки!..

Я вытер нож об его погоны и пошел дальше. За камнем сидели два грузина и перевязывали друг дружке ужасные раны. Одному я свернул шею, другому перерезал горло. От уха до уха. Я не жесток – такая работа.
Неожиданно мне в затылок уперлось дуло американской автоматической винтовки.

- Не двигайся, сукин сын! Видит бог, я продырявлю тебя, дерьмо! – неизвестный тянул гласные, и я понял, что ублюдок из южных штатов.
- Я ебал твою мать, пидарас. – спокойно произнес я.
- Что? Ах ты!.. – суперпрыжком я выбил у негодяя оружие.

Это был крепкий солдат. Мощный, как бык, с заквадраченной головой. Он бросился в рукопашку. Я сделал подсечку, подпрыгнул в воздух и всадил нож в его распахнутую пасть. Сколько здесь еще их? Надеюсь много.


01.23, 10.08.08
Я увидел их. А они увидели меня. Группа из десяти человек убегала к перевалу. Они стреляли в меня, а я бежал, уварачиваясь от разрывных пуль. Я отклонился вправа, пробрался по скале в обход. Они меня потеряли из виду. Это было ошибкой. Я бросился сверху прямо в центр событий. Мои руки несли смерть, а ноги причиняли несовместимые с жизнью увечия. Противники не могли стрелять, потому что могли убить друг друга. А так их убил я.

Наконец остался только один ублюдок. Он был в чорной маске и методично отползал взад. Прыгнув ему на живот, я сорвал маску.

- Вот так встреча, блядь! – воскликнул я, хотя не особо удивился. – Гамарджоба, Мишо!
- Ааа! Послушайте, уважаемый солдат! Я дам вам много денег! Переправьте только меня в штаты, умаляю! Не сдавайте меня Москве! Сколько вы хотите, миллион? Десять? Десять миллионов долларов! Ну что вам стоит, господин солдат, а? Не арестовывайте меня…
- Заткнись, собака! Тебя никто не арестует, - я усмехнулся сквозь зубы.
- Спасибо, уважаемый! – Сакашвили неправильно понял меня и весь затрясся от радости. – Я все для вас сделаю! Обещаю! Хотите даже… пососу?
- Смерть тебе!


06.38, 10.08.08
Я залез на верх горы. Мои руки болели от усталости, хотя сердце довольно билось от идеально проделанной работы. Да еще этот мешок. Достав из кармашка рацию, я нажал кнопку:

- Штаб! Штаб! Это Каракатица! Прием.
- Каракатица, это штаб! Как дела? Прием.
- Все кончено. Вызывайте вертушку и снимите меня с этой гребаной горы! Отбой!


07.01, 10.08.08
Вертолет забрал меня и понес домой. К моей жене. Я устало сидел на лавке. Рядом сидел капитан. Он молчал, чтоб не мешать мне отдыхать. Наконец он сказал:

- Ты хорошо поработал, Аркадий.
- Спасибо, товарищ капитан, я знаю это.
- Просто не верится, что ты все сделал один…
- Я не имел права не вернуться. Родина бы не простила мне мою смерть.
- Хорошо сказал, Аркадий! Я позабочусь, чтобы тебе выдали орден!
- У меня их много… - пожал плечами я.
- А что это у тебя за мешок? – спросил капитан.
- Взгляните сами, - зевнул я.
Капитан раскрыл мешочек и весь скривился.
- Тьфу, блядь, Мишико! – он плюнул в мешок и завязал его. – Где ты нашел эту мразь?
- С ними был.
- А где тело?
- А нахуй оно вам, товарищ капитан? – удивился я.
- Тоже верно, - он снял каску и почесал лоб. – Но мне, блядь, и башка его в хуй не впилась!
- Дэк, это не для вас, - я рассмеялся, - это президенту подарок.

Я запнул мешок с головой в дальний угол вертолета, чтобы не воняла, расслабил подвязки бронежилета и задремал. Мне снились березы, жена и новый орден за отвагу.



©Александр Шишковчук aka Склеп