Каждое утро одно  и то же. Построение, физические упражнения в холодном зале под орущее радио, или, что еще хуже, под аккомпонимент старого раздолбанного пианино… И конечно же дикое желание спать, согреца и утолить голод… За что спрашиваеца? За пару доведенных до истерики нянек? Слишком жестокое наказание…
  Все когда-нибудь кончается, кончается и это, но только для того чтобы начаться снова завтра, послезавтра и всегда… Детей построили парами и повели на кухню. День непредвещал ничего, кроме мучений, подобных этим. А пока завтрак… Проклятая баланда, которая не желала лезть в горло…

  Вовочка лениво поковырял алюминиевой ложкой жиденькое говнецо, стыдливо называемое здесь манной кашей, посмотрел на сидевших за его столом детей, и отодвинул от себя полную тарелку, жестом напаминающем отбрасывание дохлой крысы. Воспитательница, ходившая между рядами, заметила это и наградила его легким шлепком по стриженному затылку. А зря. Ребенок медленно оглянулся через плечо и исподлобья посмотрел на Марью Ивановну. Все дети разом перестали есть, и как один, внимательно следили за развитием событий.
  - Ешь, давай…- нахмурилась женщина в белом халате, выпалняя стандартную продцедуру по принуждению к еде.
  - Я не буду жрать то, что кто-то насрал! – в малыше нарастало бешенство, в воздухе запахло детским говном: "это с лютой ненависти", успакоил себя Ваван старым баяном. Халаднакровие уже вернулось к нему. 
  - Пучков!!! – воспитательница подалась вперед, так что их глаза оказались на одном уровне. Только смотреть нужно было не в глаза, а на маленькую детскую ручку, потянувшуюся к миске с кашей…
  Короткий взмах и остывшая каша уже сползала по размалеванному лицу пожилой женщины, делая ее пахожей на белого ниндзя.
  - Делай бузу!!! – тоненьким голоском пискнул Вовочка, запрыгивая на стол.
  Васька Паровоз, Колька Куклогрыз и Катька Песочница, стремительно бросившись на молодую нянечку, привлеченную непонятным шумом и застывшую на пороге кухни, сбили ее с ног и заткнули ей рот плюшевым зайцем, Васька еще и пажухал ее за сиськи, сам не зная зачем, просто повторил как то раз виденное в спальне радителей. Кто-то, метнувшись из толпы, запер дверь. Дети из старшей группы стали отрывать ножки у деревянных табуреток, сидя на которых они несколько минут назад мирно завтракали. В их глазах читалось "вы нам за тихий час атветите па полной, старые бляди! " Протиравшую глаза воспитательницу сзади деревянной лошадкой оглушил Макс Чапай, до этого мирно скакавший на бой с белогвардейцами. Дело было сделано.
  - Позвони заведующей, пусть выведут всех из здания…- Пучков оранжевым сандаликом наступил на горло лежащей перед ним воспитательнице. Васька притащил из угла комнаты телефон с гербом советского союза на диске…
  Марья Ивановна дрожащими руками смогла набрать номер лишь с третьего раза.
  - В-валентина П-петровна… Да… Дети вышли из-под контроля… Да… На кухне… Все те же… Пучков и Парамонов…- при этих словах нога Вовочки еще сильнее сдавила ей горло – Т-то есть Пучок и Паровоз… Выведите всех из садика…
  - Все, хватит… Гаси базар… - Васька грохнул трубкой по аппарату. – Чо дальше Вован? Братва волнуется…
Толпа действительно вела себя неадекватно. Количество обосравшихся резко возросло.
-    Так… - Пучка распирало ощущение власти и собственной значимости. – Этих… - он кивком головы показал на лежащих на полу работниц детского сада - закатать в ковры…Ясельникам – затачивать ложки… Ты… - Вовочка обернулся к Ваське – Следи за двором…

  Паровоз побежал к подоконнику и, забравшись на него, слегка отодвинул занавеску. Дети из младшей группы, начавшие попахивать еще в самом начале штурма, разобрали алюминиевые ложки и принялись точить их об нарисованного на стене Вини-Пуха. Остальные занимались мародерством в буфете, издевательствами над воспиталками и, с особым удовольствием, безнаказанным ковырянием в носу. Рабинович по кличке Сисяй бегал по кругу и истошно пищал: «Мы все подохнем!!!»(И здесь выделица решил). Так прошло пятнадцать минут.
  - Они что-то затевают, босс… - Васька так увлеченно таращился в окно, что его сопли вылезли на несколько сантиметров дальше обычного, теперь они походили на двух удавов, вылезших в коменты.
  Пучков осторожно выглянул из-за подоконника.
  В тесном дворике уже собралась толпа. Вперед вышла заведующая с мегафоном.
  - Пучков! Огласите ваши требования!.. – Она заметно волновалась, на что прямо указывало ее ближайшее окружение, на безопасном расстаянии зажимающее носы.
  - Так во первых…- Вовочка задумался. – Воспитательниц отдадим только в пять часов и только их родителям, если они будут в трезвом состоянии… Во вторых… уничтожить все запасы манной каши в стране… В третьих… Заменить утреннюю зарядку на просмотр мультфильмов про покемонов… В четвертых… Еще не придумал!

  Заведующая, опустив мегафон, переговаривалась с кем-то в толпе. Наконец она заговорила снова.
  - Для этого потребуется время… А пока вы должны пообещать что с заложниками ничего не случится…
  - У вас есть два часа… - Пучков, услышав о заложниках, с беспокойством оглянулся. Марья Ивановна лежала завернутая в ковер, ногами в холодильнике, и с гримасами, оплевываясь как российский футбольный болельщик, жевала манную кашу, которую запихивали ей в рот замусоленные детские ладошки. А нянечка в углу танцевала танец маленьких утят под бодрый голос Куклогрыза  «И… раз и…два и… тррри… веселей… веселей… не спим!». Ана бы и рада была прекратить эти дикие пляски, напаминающие паведение индейскава важдя во время засухи, голода и введение талонов на огненную воду, но четыре швабры в умелых руках девочек старшей группы не пазваляли ей расслабица ни на секунду. 
  - С заложниками все в порядке! Они отлично проводят время…
  - И без глупостей! – Немного подумав, добавил он – Держите физрука на расстоянии, и не вздумайте звонить родителям. Василий покажи им, что мы не шутим…
  Васек втащил на подоконник плюшевого медведа и, резким движением оторвав ему голову, бросил ее вниз. Толпа ахнула.