Когда рушится мир, трещина проходит через сердце поэта (с)

* * *
Веки мои смежились, и раздалось похрапывание… да нет, какое там!
Это был не храп: затрещала обивка новенького кресла, которое я надеялся протолкнуть в межкомнатный проём.
Гость возник за спиной неслышно. Произнёс с медоточивым вздохом:
– Так не пройдёт!
– Какого хера… Э-э, вы как здесь? По какому делу?!
– По личному… Шучу, я же не Остап Бендер! По казённой надобности, разумеется.
Я отёр пот со лба и вгляделся в незнакомца: невысок, худощав, на вид – лет сорока с небольшим. Узкий лоб в залысинах. Джинсовая пара, рыжие кроссовки, малиновая футболка с белой надписью: «Аццкова огоньку не желаите?»
Надпись на футболке лизали языки багрового пламени.
Я пригляделся и вздрогнул: пламя вдруг ожило и явственно зашевелилось.
Сразу выяснилось, что разговаривать с гостем необыкновенно приятно – он опережает собеседника в каждой реплике! Опасный тип – настоящий профи… 
– Меня направил к вам тот, кого называют Всевышним! В своём кругу его называют попросту Верховным… – заявил незнакомец. – Я – ваш Демон-Хранитель, демон Неповиновения и Скорби. Между прочим, два самых ненавидимых греха, не считая неблагодарности.
– А…
– А серафимы ваши поразбежались! Остолбенели вы, милейший, со своей непредсказуемостью. Аморальный тип… не уважающий законы повседневности. Судите сами! То вы ночуете в микроавтобусе. То месяцами живёте впроголодь. Вот Верховный и наладил аттестованного демона шестой категории в местную командировку! Хотя Вась-Сиясь был категорически против: пусть, дескать, русские катятся ко всем чертям!
– Вась-Сиясь?!
– Князь Мира Сего… мессир Сатана! Верховного, похоже, снова разбирает изжога от возможности Армагеддона в отдельно взятой стране.
Эти слова мне что-то смутно напомнили… но внимание отвлеклось.
Незнакомец охнул. Согнулся, словно от сильной боли, и бросился в коридор:
– Где тут у вас туалет?
– Сразу за вами…
Гость рванул ручку, крутанул её… ручка, хм-хм, была с секретом.
Сломана была ручка. Демон поморщился, щёлкнул пальцами, и дверь в туалет растаяла.
Рот у меня полуоткрылся, словно у дебила на ярмарке. Говорю же вам, профи…
Покряхтывая, незнакомец устроился орлом на унитазе и продолжал бормотать.
Я прислушался:
– Слова лишнего не скажи… а эманацию духа в седьмой раз сотворить – никаких командировочных не напасёшься! Да крылышки захвати… где они? В самый раз на подтирку… а говорят, у чертей поноса не бывает! Крыльев у них не бывает – что я вам, бомбардировщик?! Не лишайте, мол, прихожан последних иллюзий! Да какие крылья, какие прихожане?! Ладно, обойдёмся без перьев… пипифаксом.
Демон вздохнул. Покосился горделиво, что в позе орла выглядело довольно комично, и произнёс:
– Валил бы ты, Николя, с исторической Родины!

Хм… Что-то не обнаруживалось в моём прошлом ничего, настолько предосудительного. Всё же заявление гостя поразило меня до глубины гортани, и вместо ответа я только качнул головой.
– Тут дело серьёзное… – Демон отряхнулся и как-то разом оказался возле меня.
Небрежно пнул застрявшее кресло, отчего оно пёрышком улетело к окну и сразу встало на намеченное место. Я открыл рот, чтобы поблагодарить, но дыхание пресеклось: очередной щелчок пальцами, и дверь туалета возродилась из небытия!
Это меня изрядно смутило, но гость повторил с нажимом:
– Дело серьёзное! Кофейку бы, что ли, напузырил, хозяин?
– А где ваше «пожалуйста»?
– Там же, где и ваше «входите»!
И вновь я не нашёлся с ответом. Чашки с дымящимся, ароматным кофе явились откуда-то, словно прыгнули в руки. Шумно отхлебнув, Демон подвигал челюстью,  перекатывая невидимые шарики во рту, и произнёс:
– Грядёт Армагеддон! Первый всадник его – правительство США, объявившее вложения Российского резервного фонда в ценные бумаги пендосов угрозой для своей национальной безопасности.
– Чем же мы им грозим? – вяло спросил я, больше для вида. Вертел я эту макроэкономику… Будто не расслышав, гость продолжал:
– Но пендосы тут же придумали, как избавиться от этой угрозы! Через год, вместе с Канадой и Мексикой, США введут новую денежную единицу, по типу евро. Она будет называться АМЕРО! Сведения точные, не сомневайся. И тогда конец доллару, во всех его эквивалентах! Газеты смотришь? (Допив кофе, Демон стал заметно развязнее). Жилищный кризис неплатежей!
Сейчас всей ипотеке, что в Штатах, что в Европе – полный финиш.
Фондовый рынок рушится на глазах… Запад требует вернуть бабло, которое пораздавал российским банкам, а они его сунули в ипотеку! Деньги придётся возвращать, а как? Вот банкиры и вздуют процентные ставки до того, пока плательщик не сдастся и не будет вынужден продать ипотечное жилье. Подымется вал продаж ипотечных квартир, а покупателей-то и нет… начнутся погромы и демонстрации.

– Хрень какая-то! – сказал я и зевнул, отчасти даже с подвизгом. – Где я, и где ипотека…
– Параллельно свёртыванию фондового рынка будет дорожать нефть. Она-то и выпьет все соки из трудоспособного российского населения!!
Где дорожает топливо, там дорожает всё.
По совокупности причин начнётся отдельно взятый Армагеддон – распад России как государства. Первыми отвалят богатые сырьевые и чернозёмные регионы. Отпочкуется Северо-Запад – Питер ни за что не выпустит из цепких своих объятий Петрозаводск, Мурманск, Псков или Новгород…
А Великое Княжество Московское, оставив за собой толику рабов Нечерноземья – все эти Котласы, Сыктывкары, Вологды и Архангельски… будет до судного дня делить-тырить выручку от продажи даров природы!
Придётся, конечно, и с населением делиться… но надолго сие не затянется.
Теперь о главном.
Трещина в развале России, как ни странно, пройдёт через твою голову!

Мне стало зябко. Я хотел и одновременно боялся узнать, что гость имеет в виду…
Тон Демона стал угрожающим.
Теперь его голос вползал мне в уши, словно раздвоенный шершавый язык:
– Останутся считанные островки стабильности с неразвитым фондовым рынком – Беларусь, например! Нефть бульбашам скоро станет не по карману, и батька-Лукаш примется повышать теплоотдачу торфа, главного полезного ископаемого страны. А это значит – снижать зольность, уменьшать влажность брикета, снижать размеры частиц… Но сверхтонкий порошок в брикете иногда сгорает со взрывом! Тебе предстоит срочно вмешаться в процесс модификации топлива: поедешь в Брест и снова вернёшься в науку… Деньги, зарплата, квартира – всё на высшем уровне! Верховный утверждает, что именно твои разработки в исследовании тонкоизмельчённых топливных зёрен предотвратят вооруженный конфликт между Белорусью и Россией… а успех всей группы исследований приведет к ликвидации нефтяной топливной монополии!
То есть к спасению человечества.
– Тоже, нашли спасителя… Нехай себе топят природным газом! – отмахнулся я. Но где-то на задворках сознания мозг определённо начал просчитывать варианты…
– Езжай! – с твёрдостью сказал Демон. – И не волнуйся: за твоей царской квартиркой пока присмотрят… Доверочку, главное, подписать не забудь! Вот, я тут как раз одну для тебя припас. А здесь, погляди – билеты на поезд, командировочные и официальное приглашение на работу.

Ну, наконец-то! Выплыла «доверочка» на свет Божий… Вздохнув облегчённо, я пошарил рукой под кухонной столешницей – ребристая рукоять ствола удобно легла в ладонь, и я трижды выстрелил гостю в живот.
Он беззвучно свалился на пол – не мешкая, я потащил его в ванную.
Распоясались, господа риэлтеры. Пора бы и честь знать!..
Проходя мимо туалета, я щёлкнул пальцами, и тончайшие имитации дверного полотна повернулись под прямым углом, мгновенно сделав дверь невидимой.
Копперфильды хреновы… сколько же они здесь провозились?!
Теперь на вокзал. Нужно успеть к отправлению скорого поезда Петербург-Брест… В квартиру без меня, гарантирую, никто не попадёт. А в ванной у меня… человек – это же ходячий коллоид! Чем, по-вашему, смывают стюдень? Горячей водой! Так что к моему возвращению достаточно будет вытащить пробку и включить воду…
Во дворе рядами стояли жирно блестевшие иномарки. Их капоты с «интимными прическами» радиаторов напоминали животы дорогих валютных проституток с бесстыдно раздвинутыми ногами.
– Ничего, – прошептал я им, оскальзываясь на лужице масла. – Я вернусь… я ещё вторгнусь в ваши сны.
В ваши сумасшедшие сны.