Этот город улыбался солнцу. Широкие улицы, постаревшие, но опрятные дома, газоны и парки. И люди в городе были хорошие. И Василий тут жил очень хорошо. Тогда он ходил без шапки, работал в Хозяйстве Изделий, имел деньги. В тот день он шёл домой, чтобы поесть вкусного и похвастаться первой зарплатой перед родителями. Его душа пела. Он получил много. Гораздо больше, чем рассчитывал, и это было неплохо. Теперь хотелось купить что-нибудь. Ценное и нужное. Василий знал, где есть такое.

Лавка называлась «Подарки и Механизмы». Василий заходил туда с детства, которое кончилось не так уж и давно. Он приходил и восторженно разглядывал, гуляя в полумраке между полок и стеллажей. А дедушка-продавец покашливал и посмеивался в усы. И спрашивал: «Что, Василий, ассигнации завелись? Выбрал механизм?» А Вася отвечал: «Не-а… я еще не работаю… а родителям не до глупостей». И дальше смотрел. Чего тут только не было! Мастера со всего города приносили сюда Механизмы для продажи. Тут были и шагающие стулья Чехова, и Регуляторы Иванова, и машины близкого времени, и ускорители Браггса, и даже Активаторы Первых Шагов Хагина! Тикали на полках Часы Жизни, тихо пели на разные голоса Алюминиевые Рыбки Эм, шипели в контейнерах коты Шредингера, гудели частотные преобразователи материи и скрипели глаза кибернетических черепах Эдисона. Василий еще не знал, что он купит. Наверняка, появилось что-то новенькое. Он ведь не был здесь уже год.

- О, Василий! – обрадовался продавец. – Дорос-таки до Механизмов. Сегодня купишь. И деньги твои я чую в кармане, хе-хе-хе…
- Да ну! – не поверил Вася.
- Гляди ж… - старик извлёк из ноздрей два металлических предмета. – Нюхалки Безногова, хе… полезнейшая вещь для торговли, деньги чуют.
- Спасибо, меня это не очень интересует.
- Верю. Что же тебя интересует, юноша? Очки Извращенца, Рогатки Пагубности или, может, - дед перешёл на шёпот, - Мыши Сорокина?
- Нет! Что вы! – Василий даже покраснел. – Я хотел бы посмотреть новинки…
- Воля твоя… Секундочку… - продавец исчез под прилавком и вскоре появился с большим деревянным ящиком в руках. Осторожно поставил перед Васей и протер тряпочкой крышку. Тоже осторожно.
- Что там?
- Механизм Кватермейна!
- Никогда о таком не слышал…
- Ну, немудрено… хе-хе… чему сейчас только в школах учат? Старик Кватермейн заезжал в наш город на третий день после новолуния. И оказал большую честь, подарив одно из своих изобретений.

Продавец открыл ящик и вынул некрупный, величиной с курицу, Механизм. Тот засучил лапками по гладкой поверхности, задрожал и осторожно покрутил линзами. Василий слегка коснулся его сегментарного тела, и Механизм вопросительно застучал клешней по столу.

- Не любит он открытого пространства. В ящике всё сидит, хе-хе… - торговец закинул устройство обратно и прикрыл крыжечку. – Вот смотри, тут дырки просверлены… он через них и смотрит, удобно очень, а доставать его и не надо. Не любит. Ну что, возьмешь?
- Наверное… - Василию приглянулась эта вещь. – А… для чего он?
- Хе-хе… Ну ты спросил! Да кто ж его знает для чего! Безумец Кватермейн большой оригинал, но недовольных его Изделиями ещё не было. Бери, разберешься быстро.
- Ладно, - махнул рукой Василий. - Сколько он стоит?
- Как и всё в моём магазине, - старик улыбнулся, - ровно тысячу сто одиннадцать.

Тащить было тяжело. Руки быстро устали, да ещё Механизм Кватермейна начал ворочаться. Василий поставил ношу на вовремя подвернувшуюся скамейку и вытер пот. И заметил на ящике две лямки, как у рюкзака. На спину он сел, как будто всегда там был. Василий чувствовал себя самым счастливым в мире человеком, шагая по залитому солнцем городу и слушая механическую возню за спиной.

Девушка сидела на скамейке, читала книжку. Васин взгляд будто прилип к её белокурой прическе, а затем плавно перетёк на загорелые ноги в сандалиях из металла. Ящик за спиной вдруг дёрнулся и Вася впервые услышал голос Механизма. Он говорил внутри головы, приятно щекоча кору мозга. Даже захотелось почесаться.

«Подойди к ней и скажи, что Воля – это высший космический принцип».

- А дальше?

«Дальше – услышишь» - загадочно ответил Механизм.

Василий неуверенно подошёл к молодой красавице. Она не прервала чтение. «А будь что будет!» - решил Вася и выпалил:
- Воля – это высший космический… э…
«Принцип»
- Принцип!
- Согласна, а вы кто? – её глаза иронично оглядели человека с дурацким ящиком на спине.
«Я без ума от Шопенгауэра»
- Я без ума от Шопенгауэра! – повторил Василий и присел рядом с ней.
- Как здорово! И я тоже. Елена, - представилась девушка и показала название книги. «Шопенгауэр» прочитал Василий название.
«Дальше сам» - и Механизм утих.

И Василий подружился с Еленой. И дружил с ней довольно долго, пока Механизм не посоветовал ему жениться. На ней. Василий не имел ничего против. Он всегда слушал советы Механизма потому, что тот был добрый и знал как сделать лучше и как лучше не делать никогда. Например, один раз он сказал не ходить в Хозяйство. Вася поворчал, но всё же остался дома, и Елена на него ворчала весь день, потому что Вася получит теперь меньше денег. Зато новый экспериментальный троллейбус, на котором Василий обычно добирался до работы, взорвался из-за буйства двигателя. И так во всём. Потом родили трёх детей. Вася и Елена. Механизм не вмешивался.
Захотели купить дом. Елена на холме мечтала. Там свежий воздух и лучший вид на пространство. А Механизм сказал: на горе не надо, только под горой и только с западной стороны. Василий послушался. А Елена – нет. Она кричала ему в лицо, брызгала слюной, грозилась разбить «чёртову игрушку», а Вася ударил за это. И остался без жены и без детей. Они теперь жили на холме в большом доме, а Василий внизу в тесной комнатушке. Он немного злился за это на Механизм. А через месяц на территорию Хозяйства Изделий упала баллистическая ракета с ядерным зарядом. Ударная волна сдула всю растительность и здания с вершины и восточной стороны холма. Елена и дети погибли, а Василий нет. Он не пострадал ни от теплового излучения, ни от ударной волны – он был в тени холма. Не подцепил ни одного лишнего рентгена. Ветер дул в другую сторону.
Так они с Механизмом остались одни, а потом над оплавленными руинами закружился серый мерзкий снег. Город умер и больше не улыбался солнцу.
И Василий ушёл, но это уже другая история… Я обязательно продолжу её.

©Александр Шишковчук aka Склеп