Мирных они лотофагов нашли там; и посланным нашим
Зла лотофаги не сделали; их с дружелюбною лаской
Встретив, им лотоса дали отведать они; но лишь только
Сладкомедвяного лотоса каждый отведал, мгновенно
Все позабыл и, утратив желанье назад возвратиться,
Вдруг захотел в стороне лотофагов остаться, чтоб вкусный
Лотос сбирать, навсегда от своей отказавшись отчизны.
Силой их, плачущих, к нашим судам притащили…

Гомер, «Одиссея»

«Май пен рай» - тайская поговорка, возведенная в статус национального лозунга и даже госидеологии. Не парься сам, не парь других – так это звучит в вольном переводе, так оно и есть на самом деле.
Но, чтобы распробовать этот лотос, нужно время. А его-то нашим туристам, особенно пакетникам, вечно не хватает. Из жалких двух недель отпуска (а то и меньше) два дня съест перелет, еще два – акклиматизироваться, просраться (увы – это неизбежно), а дальше погнал малый туристический набор: тайский массаж, тайский бокс, тайский дайвинг, снорклинг, шопинг, фачинг… Да ведь и загореть надо. Сюда же китайская болезнь: сфотографироваться у каждого Будды, и под каждой пальмой, и… И все – пакуй чемоданы.
Поэтому не буду никого парить фотками (разве что изредка, с особо заваленным горизонтом – мыльницей таки разжился). Поговорим о лотосе. Сравним со свежевыжатым березовым соком, которым столь щедро поила… ладно, не стоит заводиться с самого начала. Май пен рай.

http://files.udaff.com/audio/audio1.mp3



Апрель – самый жаркий и праздничный месяц. 13-го числа приходит Сонг Кран – тайский новый год, и длится он неделю, а в первый день все и всех поливают водой – традиция. На каждом углу продают пластиковые пушки-брызгалки, а вдоль дорог, через каждые полкилометра – и вовсе стоят засады, с чанами, с ведрами, да вода со льдом – никто не уйдет засушенным.
Ну, правда, есть и ограничения. Не принято обливать стариков – возраст тут в великом почете. Молодых девчонок (в то-оненьких маечках…) поливают слегка, струйкой – вдруг свалится с байка с перепугу? И так же формально поливают непривычных к веселухе заморских гостей - фарангов.
Но… гостям-то простительно не знать этих тонкостей! Поэтому, когда к поливальщикам-затейникам на улице присоединяются фаранги, их встречают с распростертыми объятьями, и только тогда Сонг Кран начинает работать в полную силу. И это правильно: вода символизирует добро, а добро не признает гендерно-национальных и пр. границ, и жалеть добра не стоит.





(Эх, и отвел же душу – тонну воды перекидал, не меньше. И удачно убрал полведра в рот какому-то пузатому австралийцу: он, на своем здоровом и быстром байке, еще вздумал кричать что-то хвастливое, типа «я от бабушки ушел, а от вас и подавно уйду!»… ушел один такой, ага…)
Не берусь вообразить подобного на отечественных улицах, даже с поправкой на климат, на снег вместо воды. Ондатровые треухи, прически, макияж, ролексы-хуелексы… Не обошлось бы без кровопролития. А жаль.
А завершается новый год Тусой Полной Луны (Full Moon party) на острове Панган. Слова тут были бы суховаты, а фоток нет: легально подаваемые коктейли на основе псилоцибинов способствуют куда более интересному времяпровождению, чем объективом щелкать. Кукушку сносит - дай бог каждому. Ну, и экстази предлагают – но только здесь, и уже украдкой.

























А других наркотиков в Тае нет. (Ну, есть, конечно… Меня пушер на третий день вычислил… лишний раз убеждаюсь, что клеймо Братства Алого Мака – несмываемое, обычный глаз его не видит, зато от необычного, вооруженного – не спрячешься. Но эти орлы под смертью ходят, ну и цены у них соответствующие. Фаранги, кому невтерпеж – пусть бы травятся, или 25 лет тюрьмы, а у местных таких денег нет, да им и не надо. Май пен рай).
У короля Таиланда с наркотиками – что-то глубоко личное. Рассказывают – верь, не верь – что в молодости был он влюблен в девчонку из народа – актриску ли, певичку, ночную бабочку. А та надула боты от передоза. Король вырос, женился не по любви, а как положено, из династических резонов – но историю ту не забыл. И в одну прекрасную ночь всех драгдилеров в стране – от могучих наркобаронов до мелких барыг, хоть однажды засветившихся в полиции – вдруг убили, расстреляли, зарезали. До единого.
Дальше – уже достоверные факты. По каждому случаю было возбуждено уголовное дело. Никого из убийц не нашли. Полицию строго пожурили – впрочем, без занесений в личное дело, прибавили оклады, а несчастных барыг похоронили со всеми причитавшимися почестями. Урок оказался более чем внятным – с тех пор наркомании в стране не стало.
Хорошая все же штука – абсолютная монархия. Или в России районные мусора не знают наперечет своих районных пушеров? Или министр полиции г-н Нургалиев не в курсе, что певец Кобзон контролирует 70% поставок героина в страну? Не в курсе – так я докладываю, и Госдеп США в курсе, располагает неопровержимыми доказательствами. Прошу считать мой креатив официальным обращением в Генеральную… ау блять! Ну что, кто-нибудь куда-нибудь ломанулся, звеня наручниками наперевес?
Куда там нахуй. Уважаемый народный артист, к тому же – мужественно борецца с раком. И пока он, значить, борецца, мелюзга на улицах дохнет сотнями тысяч, и лишь счастливчики – от передоза, а все больше от гепатита. А как он отборется, придут следующие борцы… компрене ву?
Впрочем, стоит ли париться? Особенно мне, и особенно – на эту тему? Ох, неправильно поймут… май пен рай, от греха. Вернемся на острова.





А тут уж вечереет. Ветер с океана. Пора выпить по первому коктейлю, и тут откуда не возьмись подваливает классический такой крендель-демотиватор: а не пидарок ли ты часом? (с) Нет? Ну тогда налей стакан, а то жарко…
Каким ветром тебя, хаски мохнатого, занесло в тропики? Не за то ли сослали, что по породе брак – один глаз подгулял? Да какая разница; пес реально парится, и не налить собрату-северянину – надо сердца не иметь.
А у пса глаз наметанный, даром что желтый. Тут же он и выпил, и закусил, лапы разъехались – ща спою! А потом, знамо дело, по бабам – ну, тут мы все одинаковы, четыре ноги ли, две ли, да хоть одна.



















И вовсе хаски не парится, в общем-та. Каждый вечер он с фарангами бухает, и каждый раз в сракотень, и никто до собаки не доебывается, потому что…
Потому – что?
Грубо говоря, все государства делятся на две категории: те, которые круглосуточно норовят выебать своих граждан в жопу – и те, которые дают жить, даже в свое удовольствие. Первых больше. Вторые, как правило – жаркие, ленивые до бизнеса с прогрессом, и свежевыебаный Белый Господин приезжает туда отдохнуть со снисходительной усмешечкой: как вы тут, дикари – не потеете? Да не, отвечают дикари, мы не паримся – в отличие от вас. Не угодно ли испить холодненького? Ага, думает БГ, вот мне угождают – потому что у меня есть деньги. Но он (БГ) сильно ошибается.
Потому что никакие деньги не окупают жизни под прессом, на сковородке, в аццком аду. В аду ценности – надуманы, святыни – лживы, а правила и устои играют, в конечном счете, на руку лишь хозяевам ада. Там можно приспособиться. Там, не зная другого, не ведая, что может быть иначе, можно даже думать, что живешь нормально. Там можно – и даже жизненно необходимо! - («не ходить на четвереньках – это Закон. Разве мы не люди?») – испытывать некую суровую гордость: вот, нас ебут и плющат, а мы смогаем, ничо. Все можно. Там только жить нельзя…
Ну и морды у туристов-пакетников! Сидит на пляжу, а глаза злющие, подбородок выпятил, в каждой руке по мобиле, коленками барсетку придерживает: проблемы, брателло! Ничего вокруг не видим, не слышим, но – решаем, ничо. Баба его тоже злится: куда ей, дуре накрашенной, по песку в шпильках, в платье-коктейль да в брульянтах пройтиться? Некуда. А зачем везла? Ну, и на ребятенка орет: купаешься, бля, не так! Выгородили кусочек родины, разбашляли, разложили свое ментальное гавно – любуются. Ах ты ж ебаный ты нахуй нездоровый какой! Вы за этим приехали?!
И старший брат ко мне в гости приехал – почти такой же. Когда-то, детьми, были – не разлей вода, но в 90-е жизнь развела капитально. Бабки, проблемы, траблы, предьявы… И почти двадцать лет волками друг на друга смотрели. Так, здоровались при встрече.
А тут встретились хорошо, по-братски, обнялись, набухались потом. Водопад штурмовали. Рыбачили. Времени мало было, но – успели все ж кой-чего, и попустило. Потрещали о том, о сем от души – накопилось много за эти годы. С женой его первый раз познакомились нормально, хоть раньше видел много раз. Замечательная оказалась девчонка, веселая, и плавает очень красиво – синхронистикой профессионально занималась.











Потому что со временем – тут попускает всех. Даже эти, жирные про запас, цепкие до жизни мамаши-одиночки, с нутряной своей ненавистью ко всему и вся не жирному, не цепкому – и те отмякают. Улыбаться начинают.
И сам уже чувствуешь, как привычная суровая гордость глиста из известного анекдота («здесь Родина, сынок…») где-то, на физиологическом почти уровне, перекипает в тебе в жгучую желчь досады за злополучный тот организм, пораженный гельминтами. За несчастных его обитателей, не виноватых же, что так, такими угораздило их появиться на свет. И скрипящая на зубах ненависть к жадным и подлым большим гельминтам, по скудости фантазии своей ни к чему более не годным, как только прельщать малых сих, перевоспитывая по собственному сосущему образу и подобию…
И… и… май пен рай, говоришь ты себе. В который уже раз?
Тайский язык – певучий, вокальный, очень непривычный. До слез трогают ночные продавщицы. И без того она крохотуля, а тут еще ручки перед собой сложит в умоляющем жесте, и голоском жалобным, словно кошечка мяучит:
- Капунка-а-а…



И хоть знаешь уже, что это простое «спасибо, приходите еще», но первое впечатление неизгладимое: будто просит она, робкая, какого-то неведомого, но до смерти ей нужного «капунка», точно – хлебушка-а-а…  А где ж мне ей на Самуи посреди ночи капунка взять? Канешна, какой-никакой капунок и у меня найдецца… но уместно ли его предложить? Короче, каждый раз – в нравственных терзаниях: что конкретно она хотела тебе… сказать?
И даже «май пен рай» пришлось разучивать – по созвучию. «Май пен», к позору, проще запомнилось в переводе с английского – моя авторучка. Зато «рай» и запоминать не пришлось.
Рекламу «Баунти» здесь снимали. Вот он, перед глазами.

http://files.udaff.com/audio/audio2.mp3



…Вечерний прилив, и солнце падает в море чуточку быстрее обычного. Взамен ракетой выныривает Луна, не то бриз ее подгоняет – или курнула планетка с нами, грешными? Мы у ахуенских друзей, днем помогали им, готовили к спуску на Лазурь плот – а теперь курим-отдыхаем. Впредь будем курить на плоту. Отгоним его от берега метров на триста, поставим на якоря, навес из пальмовых листьев соорудим. Будет заебись.
Кошачьей бархатной шкурой ложится темнота, и сидеть уже нет сил. Выходим к прибою, ложимся ногами в мелкую волну – фтыкаем. А Луна почти в зените, и двойное гало вокруг нее – красотища! Или… или… или это чье-то, простите за высокопарность… чело? И нимб вокруг?
Фтыкаю плотнее, и картинка трансформируется. Теперь это как бы глаз. Но глаз или чело, или что третье, и несмотря что укурен в лоскуты – чувство предельно отчетливое: это первая настоящая встреча с Ним.
Тем, в кого не верил.
Чье имя бесперечь поминал всуе.
Чьих заповедей не соблюдал.
Ох блять, как же не соблюдал…
Луна чуть на убыли, и глаз не выглядит изумленным – но и сердитым, прищуренным, слава Тебе, пока не выглядит. Полуприкрытый, вроде равнодушный – а на самом деле просто предельно уставший, ведь приглядывать надо единовременно за семью уже миллиардами… И какое же чудо, что этот взгляд, на малую секундочку, задержался и на мне!



А секунда ведь короткая, и надо успеть. И не знаю ни хрена, как сказать.
- Господи. На сорок лет, по грехам моим, ты вверг меня в преисподнюю – и правильно сделал. Еще мало держал – я так во многом виноват перед тобой, Господи! И я далеко еще не все искупил, я несовершенен и дерзок, я снедаем страстями. Так дважды спасибо тебе – за то, что еще при жизни, во плоти, все еще здорового и сильного, Ты простил и взял к подножью светлых чертогов Твоих – сюда, на белый этот, безгрешный песок под светлою Луною…
Ну погнал, погнал, растаман конченый… Надо бы попуститься, чайку горяченького хлопнуть – хорошо оттягивает. И потом гнать байк по мейнроуду, распыхтеть его под соточку, уйти в занос на мокром песке – палево, конечно, но тоже попускает хорошо.
И палево там или без палева, накур не накур – а вот она пришла, моя первая в жизни молитва. Искренняя, от души. Пусть и коряво вышло – но Он, верю, все поймет правильно. И, надеюсь, примет благосклонно.
И вы не судите строго.