Оригинал тут:
http://www.udaff.com/creo/107904.html

Сидели мы как то с дедом и смотрели телик. На экране кривлялся Борис Моисеев, строил глазки и подмигивал. Дед, глядя на экран, пробормотал:
- Эх, попался бы ты мне в сорок третьем…
- Дед, да разве в войну такие были?
- Вот когда я в СМЕРПе служил, знаешь сколько таких навидался?
Я помнил про два инсульта, которые слегка повлияли на деда- он начал ссаться, поэтому все время сидел на судне, до пояса накрытый простыней и постоянно рассказывал о том, как с Маресьевым нашли в лесу высадку ганча самого Фюрера, и за ними гналось гестапо по зимнему лесу, а им пришлось зохавать ежиков, чтобы стать невидимыми, поэтому не удивился, но все таки переспросил:

- В СМЕРШЕ?
- Нет, внучок, СМЕРШ шпионов ловил, а СМЕРП знаешь как расшифровывался?- Дед выдержал паузу, нахмурил брови и произнес: «СМЕРть Пидорасам!» Вышло у него так грозно, что я инстинктивно зажмурился и сжал булки.  Приоткрыв глаз, бросил робкий взгляд на деда- тот, как ни в чем не бывало, макал черный хлеб в водку и жрал, шамкая беззубым ртом. Судя по всему, на безоблачные горизонты дедушкиного мозга опять надвигалась туча инсульта.

- Дед, да хватит, какая нахуй «смерть пидорасам», ну НКВД было, разведка, ГПУ, а здесь ты пиздишь…
Дед покопался в судне, на котором сидел и бросил в меня куском говна. Я увернулся, говно прилипло на стену. Дед опять запустил руку под простыню, я поспешил продолжить беседу, чтобы избежать очередного залпа:
- Не, ну правда, что то я никогда о СМЕРПЕ не слышал…

- Еще бы ты слышал, пиздюк,- пробурчал дед, вытирая пальцы о простыню. Это самая засекреченная служба была, и хуй когда ее рассекретят. Особенно теперь- он указал на экран телевизора, где Зверев делал прическу Цискаридзе. Скривившись, он плюнул на пол и продолжил рассказывать:
- Началось это, внучок, в сорок втором году. Никто не знал, когда война закончится, медсестер на фронте было мало, а ебаться жуть как хотелось. Ну и началось… как бы тебе сказать… и в первую очередь среди политработников, понимаешь? Вызывают солдат на беседу, а сами того… Приводят в пример войско Македонского, они по 40 лет в походах проводили, ну и еблись там между собой по расписанию, вроде как предлагают так же, сволочи.

Ну Политбюро видит- пиздец, пидарасы верх берут в войсках, а тут фашисты еще листовки над позициями разбрасывают, как ебать товарища и не пачкаться говном, и решили истребить на корню пидаров.
Вызывают меня в штаб, захожу, представляюсь, хуемое, смотрю- а за столом сам Сталин сидит, в солдатской гимнастерке и стакан водки в руке держит. А вокруг одни генералы и глаз с него не сводят. А Вождь усмехнулся так в усы и говорит:

- Прахади, Андреич, есть у нас к тэбэ партзадание. Нужен, говорит, нам чистейшей души человек, который поможет разную гниду на чистую воду вывести и делу Партии предан беззаветно. Смогешь, спрашивает.
- Смогу, товарищ верховный главнокомандующий!- отвечаю, а у самого поджилки трясутся. А он выходит из за стола:
- Вэрим тэбе, дарагой товарищ, вот какое дело: некоторых товарищей надо правэрить, патаму что неправыльно панимают исторический опыт и линию Партии и примыкают к упадническому течению пидарасов  и мужеложцев. Но на лбу у них не написано, поэтому надо действовать глубже- говорит Сталин, а сам штаны расстегивает и задом ко мне поворачивается. Суй, говорит, мне палец в жепу- убедись, что я не пидарас. Я оробел конечно, а он говорит- суй, это приказ. Ну я и сунул хуле, приказы не обсуждаются. Сталин крякнул, трубку закурил и говорит:

- Товарищи генералы, подходите, не стесняйтесь. Ну, я всех и проверил одного за другим. Дед посмотрел на средний палец правой руки:
- Знаешь, внучок, сколько через этот палец народу прошло? Весь генеральный штаб и главное политическое управление Красной Армии я проверял, раз в год, как медосмотр. Потому что тогда говорили: «Враг не дремлет», а он и не дремал, заходит какой- нибудь политрук напомаженный, снимает штаны, а там- очко в четыре пальца. Расстрелять нахуй пидараса! Дед разошелся, глаза его сверкали. Внезапно он завалился на бок и закопошился под простыней. С трудом сел на кровати, понюхал свой заскорузлый палец и продолжил:

- Вот так и служили, внучок. А секретной служба была потому, что не мог коммунист быть пидарасом, понимаешь, не мог! Ну, и после войны это правило для коммунистов оставалось, при каждом обкоме был свой СМЕРП, без рекомендации нашей службы нельзя было пост занять в КПСС,  даже самый маленький. А съезды какие были, йэххх…
- Дед, а чего же СМЕРП закрыли и засекретили?
- А все началось с ХХ съезда. Надо было Хрущеву пидарасов побольше пригласить, чтобы товарища Сталина опорочить, так он и распорядился негласно, чтобы никого не проверяли. Ну, и началось… Помнишь, как коммунисты говорили: «проверенный товарищ?» Так это в прямом смысле: «Можно поручить товарищу Микояну, проверенный товарищ»- сказал дед и выразительно оттопырил средний палец.

А как не стало проверенных товарищей, тут и началось: сначала застой, потом перестройка, потом гласность ебтвоюмать. А теперь вон до чего докатились- дед с отвращением ткнул пальцем в телевизор, на экране Винокур и Лещенко пели дуэтом, держа друг друга за жопы.

Я с уважением посмотрел на деда, однако ему показалось, что я не верю:
- Ты что внучок, думаешь, я рехнулся? Дед слез с судна, выплеснул содержимое на пол, открутил второе дно, бережно достал из тайника фотографию и протянул мне. На старом снимке Сталин с Берией о чем- то разговаривали, стоя без штанов, а из- за спины Сталина выглядывал улыбающийся полковник НКВД, в котором я узнал своего деда.