- Чья это строчка? Не может быть, чтобы это я написал!
- А что за строчка?
- Я убил человека.
- Что?
- И я не понимаю, вроде мой почерк.
- А есть контекст? Что-то цепляющее! Прям красиво!
- Просто листочек, а на нем: «я убил человека» написано.
- Ты меня пугаешь! А вдруг это что-то типа концепции, первой строчки? Или метафора такая? Может объяснишь?
- Не знаю. Руки чешутся эту строчку порвать.
Прошло восемь лет.
Я слушал аудиокнигу «Преступление и наказание» и… вспомнил!
Я убил человека. Это была первая строчка будущего романа, подражания Достоескому, идея Раскольникова.
Так была раскрыта тайна одной строчки. Но почему я сразу не смог решить эту загадку? Как так можно было? А может, это тема всей нашей великой русской литературы?
Я сразу стал искать свои старые черновики. А вдруг я там еще что-то насочинял неформатного?
Да, книги учат добру. Но иногда светлые, добрые книжки приводят и к таким сомнительным строчкам. Есть мысли, от которых не можешь избавиться, и это: я убил человека — одна из таких навязчивых строчек, которая вошла в мое творчество навсегда, стала одной из моих главных тем.
- Я никого не урыл, это было подражание классику! - сказал я другу.
- Я так и думал, я в тебе и не сомневался, все случается! - засмеялся он.
Но сказал друг это таким тоном, что мне показалось, что он почувствовал разочарование.
Я стоял и смотрел на пустое море, протирая глаза, но понимал, что даже оно не в силах смыть достоевщину.
- Почему не уходишь, если хочется уйти? - спросил меня плеск воды.
Но я врос в песок и застыл навсегда.
- А еще есть вариант страдать, вариант играть и вариант мечтать, - шептало мне эхо.
Такое море пугает, море явно было как-то не в себе.
Вдруг я почувствовал, что у меня есть лапы и крылья.
- Неужели я пингвин? - подумал я.
Меня потянуло одновременно вверх и вниз в никуда.
- А видит ли зеркало воды мои мысли? - засомневался я.
Я был ни в чем не виноват, но все-равно мне стало ужасно стыдно.
Вдруг я очутился в лодке, человек греб изо всех сил — этим человеком был я.
Что-то пошло не так, дождь хлещет по лицу… Но это же шаблоны! Так не пишем! - остановился я.
А там стоит пингвин. Обыкновенный такой, белый, в черной шапочке. Я протягиваю ему руку, я знаю, что он хочет. Он хочет, чтобы он был я.
- Куда улетел пингвин? Я убил человека. Море решило мне подыграть и дописало эту строчку за меня.
Так плохо, что хорошо, так хорошо, что даже плохо. А в этом есть какой-то подвох, потому что как-то очень просто все.
- Давай дружить! - сказал мне пингвин.
- Я убил человека, - ответил ему я.
Но у пингвина не было фэйсбука, эта опция ему не доступна. Такой подход с пингвинами не работает.
Но был ли вопрос с самого начала?
Смотря какой человек, изнутри! Я посмотрел на пингвина изнутри и понял, что пингвин не будет дружить с кем попало.
И вдруг пингвин подходит и говорит: - Давай дружить!
Мне трудно было отвертеться, и я стал дружить с пингвином.
Есть сказочные друзья, а есть — реальные, нам всем хочется дружить, и, если появляется пингвин — то или он материализуется, или человек оказывается в сказке.
- Пингвины стесняются выходить из своего мира на нашу улицу. Мне повезло. Это был смелый пингвин.
- Все было совсем не так, это я пингвин! - понял я, обнаружив себя в зуме.
Наша жизнь как зум, и в жизни как в зуме, можно спрятаться под изображением пингвина. Мы все время ждем подключения. В зуме, кстати, проще, отключить, не так, как в жизни. Мы общаемся на расстоянии, но иногда срывается связь. Иногда бывает, что ты только вышел с человеком на контакт, а тут со связью что-то не так. Можно найти друга чисто случайно. Сначала зум включается, а потом конференция заканчивается и дальше надо платить. Общаемся через розетки, через провода. Всегда что-то можно подкрутить. Но через что мы общаемся? Год назад я понятия не имел, что такое зум. Я себе представить не мог, что существует он-лайн общение. Так сильно изменилась наша жизнь за этот год.
Совсем недавно, когда мы в детстве читали фантастику, мы думали, что это будет лет через сто, а все свершилось намного раньше.
Да, наша жизнь, как зум — запутанная штука, и мы иногда зависаем.
Теперь у меня есть только два желания — выйти из зума и войти обратно в зум. Иногда в зум мы можем не зайти, а в жизнь мы входим всегда. Но всегда ли?
Зум — это более волшебный мир или мир — это более волшебный зум?
- Так, пингвин! Ты хочешь что-то сказать?
Но пингвины не умеют разговаривать, даже в зуме.
- Я захотел написать маленький рассказ или нарисовать картинку.
- Тебя ограничивает только уголовный кодекс, все остальное можно! - сказал мне друг.
Но рисовать я не умел, поэтому стал писать.
(с) Юрий Тубольцев