Старею я, что ли? То «нелюдимом» окрестят, то «зазнайкой», а то «домоседом»… Что-то перебор упреков в последнее время попер: к этому не приехал, другим не позвонил, там не потусовался, там мало побыл. Сгинул, запропал, замолчал, не ответил на СМС, «не соизволил» пообщаться – и вообще, уж не пренебрегаю ли той или иной компанией или персонажем?
Что ж, отчасти и справедливо: ведь в самом недалеком прошлом дела обстояли принципиально иначе – буквально ног не хватало.
А с другой стороны – ну да, иные личности уже на второй совместно распиваемой бутылке пива умудряются остопиздеть горше марксизма-ленинизма, а сказать об этом в лицо вроде как бы и невдобняк – так что мне теперь, вареную жабу есть? (цэ от АБС). Попробую в письменном виде…

Чтобы ответить на вопрос, вынесенный в заголовок, придется действовать методом «от противного» - сиречь, исключить всех, с кем я общаться не люблю. В этом мне видится своего рода сермяжная правда: от противных стоит дистанцироваться елико возможно, а особо навязчивых – так и пиздячить без лишних сантиментов. Итак, приступим. И, дабы далеко не ходить, начнем с тех, кто под рукой – с земляков-москвичей, мать их ети…
Впитанное с молоком матери сознание того, что ты рожден на ступенях трона, своей «порфироносности» способно сыграть – и играет! – с человеком страшную шутку. В детстве это отрыгивается похабной заносчивостью (на пустом месте), до омерзения раздутым самомнением – хуясе, мне ж «положено»! А когда годам к 20-25, к первым попыткам выйти в самостоятельную жизнь, выясняется, что ничего тебе не положено, окромя болта в грызло – вот тут, не выдержав столкновения идеала с реалом и последующего закономерного крушения иллюзий, человек падает на жопу. И как правило – на всю жизнь. Живем с мамами до седины, если вступаем в брак – так ненадолго (оба нахуй друг другу не нужны, ибо не умеем сделать для семьи ничего, даже трахаться как следует). Работать – ленивы, безынициативны, меньше чем пустое место. И сидит такая тряпка на кухне, сосет дешевое  пивко по жизни, да тихо злобствует на «понаехавших тут», которым «больше всех надо» и которые «всю Москву скупили»…

Гаже этой разновидности мне представляется только ее же подвид, но трусливо-агрессивный, обычно – лишенный шерсти на голове. Т. н. «чистильщики родного города» с покатыми неразвитыми лбами и крепкими бицепсами (каждый развивает то, что имеет). Лишенные какого бы то ни было таланта, фантазии, хобби, да и памяти в известной степени: ведь «родной город» стал родным в лучшем случае их сиволапым родителям, не больше – а испокон веку подобной глупой нечисти здесь и духу-то не было…
В большой степени – разумеется, со своими онерами и тараканами – этим недугом поражены и петербуржцы, и жители других крупных городов. К великому счастью, из этого правила есть отдельные личности-исключения. Хорошо, что они есть – но, согласно канонам, лишь в качестве подтверждения основной тенденции: тупорылого квасного патриотизма.
Врачу, исцелися сам. Патриоту, взгляни на себя в зеркало и горько восплачь. Фашисту, убей себя апстену. Скинхеду, выпей йаду… Мне настолько не по пути с вами, что, если божьим попущение ваши мечты о «новом порядке» когда-нибудь реализуются – я, москвич в шестом поколении, стану бороться за звание Почотного Понаехавшего тут. Лишь бы не с вами…

Ибо, не будучи ни в малой степени патриотом какого-либо куска земли под божьим небом, все же знаю и считаю: только приезжие – своей свежей кровью – не дают моему городу окончательно застояться, сгнить и растечься болотом. А в желании получить от жизни равный с остальными пай, не считаться ущербным лишь в силу неудачного, по сравнению с кем-либо, места своего рождения – я, право, ничего зазорного не вижу. Даже наоборот: такое желание свидетельствует о силе характера, о врожденном чувстве справедливости – и тем выгодно отличает приезжих от аморфных «богорожденных» столичных жителей. В конце концов, пусть не все люди равны, но все должны иметь равные возможности – не так ли?

Значит ли это, что я в восторге от гостей из солнечных, и не очень, республик? Отнюдь нет: свежая кровь, увы, отнюдь не подразумевает наличия сильного мозга. А мозгу слабому эти, изначально тяжелые условия существования почти неизбежно наносят своего вида «родовую травму», которой в дальнейшем суждено развиться в зело противный дефект психики. Гастарбайтера, добившегося своего пайка жизненных благ, буквально распирает неистребимое желание – протрубить о своей победе на каждом ссаном перекрестке. Вот, мол, дивитесь – я был гавном, а стал царем, выпрыгнул из грязи в князи! Ахуеть, дайте две!

Все это, может быть, хорошо и даже мило, но – скромнее надо быть… И главное, что напрягает сильней всего: триумфатор открыто (и даже с гордостью!) заявляет публике о том, что изначально он был все-таки – гавном. И полагает, что из гавна – все-таки можно вылепить князя?
Ну, что тут скажешь? Добился – ну, молодец, ебись ты в щеки, дай бог тебе здоровья. Дай бог тебе дом – полную чашу, жену-красавицу, и детишек побольше. Дать бы тебе еще совковой лопатой по еблету (чтобы потише гордился), ну да уж ладно, грех сердиться на убогих…

ВООБЩЕ, ЛЮБОЙ ЧЕЛОВЕК С ОДНОЙ, НО НАВЯЗЧИВОЙ ИДЕЕЙ-ФИКС – ПАТАЛОГИЧЕСКИ НЕПРИЯТЕН. Блять, ну неужели окружающий мир настолько плоский и убогий, а ты в нем – такой ниибаццо важный?!?
Так кто же остается? Общаться-то с кем, бляха-муха?
Слава Джа – есть и другие люди! Мало, но есть.
Спокойные. Сильные – без кича, талантливые – без пафоса, уверенные – но без бравады. Способные делать самое трудное дело – если в нем есть нужда, и бросить самое выгодное – если душа к нему не лежит. Ценящие превыше всего не чиновные заслуги предков, не заработанное наследство для потомков – а собственную чистую совесть и, не побоюсь этого слова, честь.
Нуждаясь в дружбе так же, как и все прочие, эти люди абсолютно не нуждаются во вражде – вот парадокс! Тратить свое время на вражду кажется им глупо, да и лениво: война – песдец какая скучная и грязная тема, в конце-то концов. А уж если ненавидеть кого-то – так уж не гуртом, по классово-расово-сословным признакам, а разве что двух-трех особо выдающихся ублюдков – по личным грехам их. Да и то – проще плюнуть и забыть…

Нигде, никогда, ни в каких кошмарных обстоятельствах они не считали, не считают (и не чувствуют внутренне) себя грязью – и видимо, как следствие, редко когда рвутся (и редко попадают) в князи. Кто-то полагает это пороком воли, я же считаю – достоинством. Тем самым «человеческим достоинством», за правильную трактовку которого сломано столько копий.
Нет, ничто человеческое не чуждо им – совсем наоборот, они куда эмоциональней большинства. Но даже в самых резких своих проявлениях они… как бы это сказать? Честнее. Надежнее. Приятнее. Доступней – ибо понятней и проще – той простотой, которая есть верный признак сложной и умной внутренней организации (уж о гениальности – промолчу).

Уж не знаю за что, но великий Джа в неизреченной милости своей чрезвычайно благосклонен к автору этих строчек: я имею честь знать непозволительно, до роскоши много таких людей – более десятка. Быть достойным их общения – труд нелегкий, порою изматывающий. Зато взамен получаешь самую важную легкость: свободу не помнить (и даже не думать!) – откуда приехал твой собеседник (или он жил здесь всегда); кто он по вероисповеданию (да будь хоть трижды атеист); какой он нации (или в нем десяток кровей намешано); где-кем работает (или балду пинает – может себе позволить, за многим не гонится); ни даже – о возрасте того, с кем общаешься; ни даже – о половой принадлежности; ни еще о сотне мелких, надуманных, но острых зацепок-крюков, существующих лишь в виртуально-подсознательной сфере нашего многополярного мира, но – разводящих людей по разные стороны баррикад не хуже реальных, стальных…
Какая разница?! Забудь! Ты – в кругу Своих, здоровых, понимаешь?
Это называется еще – как равный с равными.
Вот таких людей я – люблю.